— Кто…? — начал мужчина, но мой удар уже летел к его солнечному сплетению.
Моя ладонь, заряженная маной, вошла в его живот, как раскаленный нож в масло. Он согнулся пополам, воздух с хрипом вырвался из его легких. В последний момент я подхватил его падающее тело, не давая ему грохнуться на пол.
Вторая рука уже сжималась на горле женщины, раскрывшей рот, чтобы завопить, но не успевшей издать ни единого звука. Через пару секунд догнавшая меня Ярана нанесла женщине такой же удар в солнышко, каким я свалил мужчину.
После чего я на всякий случай еще и парализовал обоих.
— Быстро, — прошипел я, хватая мужчину за ноги. Его маска бабуина съехала набок, открывая бледное, покрытое испариной лицо с тонкими губами.
Ярана, не тратя слов, перекинула бесчувственную женщину через плечо. Мы втащили их в ближайшую комнату. Бросив бабуина на кровать, я быстро вернулся за охранником и закинул его туда же к парочке, выбросив артефакты в соседний номер.
— Маски. Снимай, — бросил я, уже надевая маску бабуина вместо своей.
— Как ты?.. — выдохнула она вместо действия. — Троих. Без оружия. Без артефактов…
— После прорыва в Сказание, я открыл в себе талант усиления тела маной. Получается в разы эффективнее, чем у остальных.
Ярана, посверлив меня немного глазами, кивнула, а затем наклонилась и сняла с женщины ее маску выдры.
Затем я забрал номерки парочки и аукционные таблички, закинув наши собственные под матрас огромной кровати, чтобы их как можно дольше искали.
Покинув комнату, я протянул через скважину нить маны, защелкнул замок, после чего резко крутанул ручку в неправильную сторону, ломая механизм.
— Пошли. У нас есть капитан, которого нужно украсть.
Глава 14
Мы вернулись обратно в основной зал, где воздух стал еще гуще от смеси запахов разгоряченных тел.
— Ты понимаешь, что нас сейчас могут разорвать на куски? — ее шепот напоминал шипение раскаленного металла. — Если они поймут…
Я не дал ей закончить, жестом подозвав к себе одного из слуг. Отдав ему номерок бабуина, я кратко распорядился, вкладывая в голос все нотки высокомерия, какие только мог изобразить:
— Кейс. И не заставляй нас ждать.
Слуга слегка склонил голову, но его глаза за маской внимательно изучили наши фигуры. Я почувствовал, как Ярана непроизвольно прильнула ко мне, то ли подражая выдре, то ли пытаясь скрыть нервозность.
Когда слуга растворился в толпе, Ярана резко развернулась ко мне:
— Ты вообще представляешь, что будет, если они поймут подмену?
Я лишь усмехнулся.
— Прекрасно представляю. Так что лучше бы тебе успокоиться и не дать им понять.
Слуга вернулся быстрее, чем я ожидал, неся черный кожаный чемодан с серебряными застежками.
— На оплату, — бросил я, ощущая неестественную тяжесть чемодана.
Кабинет клерка аукциона оказался небольшим, освещенным тусклыми матовыми лампами, заставленным ящиками и шкафами с документами.
Сам клерк, такой же голый, как и все, но с поразительной белизной кожи, сидел за столом из темного дерева. Его стальная маска отражала искаженные очертания наших тел.
Я отдал ему аукционную табличку, он быстро сверился со своими записями.
— Общая сумма покупок, — его голос звучал механически, — три миллиона семьдесят три тысячи золотых. Оплата?
О как. Похоже, бабуин купил сегодня что-то кроме пиратского капитана.
Я щелкнул застежками чемодана, и крышка с характерным шипением откинулась, обнажив ряды золотых слитков, уложенных в бархатные ложементы. Каждый слиток размером с ладонь сверкал холодным блеском, его поверхность была покрыта тончайшей паутиной магических рун — защитных чар высшего порядка.
Сорок слитков по сто тысяч. Четыре миллиона. Охренеть, конечно. Куда лучше, конечно было забрать все себе. Но мне бы не позволили уйти, оставив выкупленные бабуином лоты.
— Тридцать один, если мои расчеты верны, — произнес я, начав выкладывать слитки на полированную поверхность стола. Каждый раз, когда металл касался дерева, раздавался мелодичный звон, словно кто-то ударял по хрустальному бокалу.
Клерк за столом специальным артефактом быстро проверял слитки на подлинность.
— Сдачу можете оставить себе, — сказал я, кладя на стол тридцать первый слиток, намеренно сделав голос томным и пресыщенным. — В качестве благодарности за… исключительный сервис.
Я небрежно обнял Ярану за талию, чувствуя, как ее мышцы напряглись под моей ладонью. Ее кожа была влажной от пота, но холодной, как мрамор.