Ощущение было странным — будто тыкаешь ножом в очень твердый пластик или камень. Я надавил. Сильнее. Боль — острая, глубокая, как будто резали не кожу, а само нутро — пронзила грудь. Но крови ни капли. Кожа под лезвием не прорвалась, лишь побелела от давления.
— Ты совсем спятил⁈ — резко шикнула Ярана в ответ на мой неожиданный перформанс. Ее глаза, широко раскрытые, отражали призрачный свет моей маны. Силар тоже насторожился.
— Проверяю, — коротко бросил я, убирая «Энго». Боль еще пульсировала, но быстро стихала.
Мысль о маскировке пришла мгновенно. Ольва. Маскировочный артефакт, поглощенная Маской и ставший татуировкой на лице, позволявший скрывать золотые узоры хотя бы частично.
В бою мне было не до маскировки, а потом я просто забыл о ней из-за усталости и нервного напряжения, позволив Яране и Силару увидеть меня, что называется, «во всей красе». Но теперь-то она должна помочь, да?
Я активировал «Ольву». Посмотрел на руки. Белые линии артефактных татуировок — «Энго», «Грюнер», «Радагар» — исчезли. Скрылись под иллюзией «Ольвы».
Но узор маски не изменился ни на йоту. Золотое тату оставалось неизменным. Четким, ярким, мерцающим. Ни малейшего намека на маскировку.
Я попытался сконцентрироваться сильнее, мысленно толкая «Ольву» именно на золото. Ответом была лишь головная боль и… ничего. Золотые линии продолжали лежать на коже, бесстыдно открытые, игнорируя все попытки скрыть их.
Я посмотрел на них, потом поднял взгляд на Ярану. Она сидела, прислонившись к скале, лицо было бледным от боли и потери крови, но глаза смотрели на меня с ледяной ясностью.
Я глубоко вдохнул, запах пыли, крови и холодного камня заполнил легкие.
— Ярана… То, что я сказал… То, что ты видела… — Я кивнул в сторону своей груди, где золото свечение было видно сквозь разорванную рубаху. — Ты сможешь… оставить это между нами? В секрете?
Глава 17
Она не отвечала сразу. Ее взгляд скользнул с моих золотых линий на лицо, изучая его. Потом она медленно, с видимым усилием, качнула головой.
— Нет, Мак, не смогу. Это… не в моей компетенции. — Она сделала паузу, сглотнув, и продолжила, уже с отзвуком той самой официальной твердости, которая была в ней с самого начала, когда она впервые представилась наблюдателем. — Я — офицер Коалиции. Наблюдатель, приставленный к тебе. Моя обязанность — докладывать. Обо всем. О нарушениях устава. О нестандартных методах. О… — Ее взгляд снова метнулся к моей груди. — … о неизвестных артефактах. Особенно таких. — Она замолчала, ее дыхание стало чуть чаще. — Я обязана доложить. Начальству. Полностью. Дословно.
Тишина, наступившая после ее слов, была оглушительной. Я почувствовал, как по спине пробежал холодный пот. Конечно, я особо не рассчитывал ни на что, но услышать это все равно было неприятно.
Обязана. Доложить. О Маске. О ее силе. О том, как я поглотил ядро Предания. Коалиция… Они либо засунут меня в лабораторию и будут резать, либо заставят служить под еще более жестким контролем, чем «особый актив». Либо просто ликвидируют как угрозу.
— Значит, вот как? — раздался низкий голос Силара. Он продолжал смотреть на меня, но его осанка изменилась. Из бдительной сторожевой она превратилась в позу готовности к прыжку. Его рука сдавила плечо Яраны. Да охнула и попыталась вырваться, но ее слабость и сила Хроники не давали девушке ни малейшего шанса. — Значит, у нас проблема. Убьем ее. Сейчас. Быстро. Без мучений. Она и так еле жива. А мы свалим. С этой силой… — Его взгляд скользнул по моим рукам, по груди, где светилось золото. — … с этой силой ты не будешь просто капитаном, Мак. Ты станешь Легендой. Настоящей. Не пиратской байкой, а силой, перед которой будут трепетать целые страны. Мы найдем моих предателей. И твоих врагов. И сожжем их дотла. Без оглядки на уставы и наблюдателей.
Его слова висели в воздухе, тяжелые и ядовитые. Предложение. Четкое, логичное с точки зрения выживания. Пиратская логика, которую я знал слишком хорошо.
Я посмотрел на Ярану. Она не дернулась, не вскрикнула. Ее лицо стало еще белее, глаза широко раскрылись на мгновение — не от страха, а от шока, от леденящей ясности того, что только что прозвучало.
Потом ее взгляд впился в меня. Ждал. Без мольбы. Без слов. Просто ждал решения.
Мне потребовалось несколько долгих секунд. Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь болью в золотых линиях. Легенда. Месть. Снова свобода от Коалиции, от их контроля, от их уставов.