Корабль содрогнулся от близкого разрыва.
— Черт возьми, Вейгард, — проворчал я себе под нос, глядя на приближающуюся армаду в визор. — Мы же договаривались о спектакле, а не о настоящей охоте.
Еще один залп, на этот раз с фрегатов, рванул буквально в ста метрах от борта «Лионезии». Бардо, командовавший им, отчаянно выруливал, но один из импульсов чиркнул по корпусу, оставив длинную полосу оплавленного металла.
Я почувствовал, как по спине пробежала холодная волна раздражения. Это уже не было похоже на простую демонстрацию. Стрельба велась на поражение. Словно Вейгард решил воспользоваться ситуацией и выпустить обиду, накопившуюся из-за поражения его полка моим батальоном.
— Мак! — в ушах раздался голос Хамрона, также получившего и освоившего артефакт прямой передачи голоса. — Они бьют по двигателям! У нас уже есть повреждения! Что за чертовщина⁈ Разве вы не договаривались о простой инсценировке⁈
Я поморщился. Разумеется, о том, что Вейгард будет стрелять на поражение, мы не договаривались. Вряд ли, конечно, полковник реально зайдет так далеко, что уничтожит один из моих кораблей. Но и то, что уже было, явно выходило за рамки нормы.
Однако Хамрону я об этом, разумеется, не сказал.
— Держи строй, капитан! — отрезал я, стараясь скрыть нарастающую ярость. — Это часть представления. Они должны поверить, что мы на грани.
— Слишком уж реалистичное представление! — проворчал Хамрон.
Я наблюдал, как эскадра Вейгарда начинает охват. Более быстрые фрегаты выдвигались вперед, чтобы отрезать нам пути к отступлению. Линейные крейсеры дали очередной залп. На этот раз снаряды легли между «Лионезией» и «Пророком». Волна энергии слегка отбросила оба корабля в стороны.
Мои пальцы непроизвольно сжали штурвал. Я почти физически чувствовал взгляды своих офицеров, ждущих приказа. Мы отстреливались, но не могли, разумеется, перейти в контрнаступление. Во-первых, Вейгард все-таки был союзником, а во-вторых, это разрушило бы легенду. Оставалось только надеяться, что Вейгард не зайдет слишком далеко в своем рвении.
Именно в этот момент, когда казалось, что кольцо сомкнется и наши корабли превратятся в груду обломков, с левого борта вывалилось два десятка новых силуэтов. Они не были похожи на стройные одинаковые корабли Коалиции. Это были много раз переделанные, подстроенные под стиль и нужды их капитанов, разношерстные пиратские корабли.
Они шли на полной скорости, без предупреждения открыв огонь по ближайшим фрегатам Вейгарда. Залпы были не такими мощными, но неожиданными и точными. Два фрегата, получив попадания в носовые части, резко задымили и начали сбавлять ход.
Эффект был мгновенным. Эскадра Коалиции, еще секунду назад настроенная на уничтожение, замерла в нерешительности. Затем, как по команде, корабли Вейгарда разом прекратили огонь по нам и начали экстренно разворачиваться.
Маневр был выполнен с идеальной выучкой — они легли на обратный курс, оставив дымящиеся фрегаты прикрывать отход. Через несколько минут вся армада уже удирала прочь, оставляя нас наедине с пиратами.
Я медленно выдохнул, разжимая закоченевшие пальцы. Роль была сыграна. Перекресток клюнул. Но осадок от «усердия» Вейгарда остался. Я посмотрел на удаляющиеся корабли полка.
— Запиши, Роланда, — сказал я тихо. — Полковнику Вейгарду мы остались должны двадцать миллионов. Но за этот перебор он еще ответит.
— Да, — кивнула девушка.
— Кто вы, назовитесь! — раздался голос с флагманского корабля «спасшей» нас эскадры.
Мой собственный, но теперь хриплый и грубый голос Гирма Людоеда пророкотал в ответ:.
— Гирм Людоед! Капитан «Дикого Братства», чей корабль ты только что от коалиционных крыс прикрыл! Ищу аудиенции у совета Перекрестка! У меня для них есть деловое предложение!
На том конце провисела пауза, такая длинная, что я уже подумал, не план провален. Но наконец голос ответил:
— Людоед, говоришь? Слыхали мы про тебя. Братство твое, выходит, не совсем добили? Ну что ж, совет всегда рад поговорить с предприимчивыми людьми. Следуйте за нами до наших доков. Идем на сближение. Не делай резких движений.
— Резких движений не будет, — отозвался я. — Ведешь — мы за тобой.
Два самых крупных пиратских корабля плавно развернулись и легли на курс, параллельный нашему. Остальные заняли позиции сзади и по бокам, взяв нас в плотное кольцо эскорта, которое выглядело как почетный караул, но на деле было скорее тюрьмой на ходу. Любой неверный маневр — и борта наших кораблей проутюжат залпами.
Я отдал тихие приказы своей команде через направленный голос: держать строй, орудия не наводить, но быть наготове.