Гилберт — старый друг моего отца, с самого детства мы часто приезжали к нему. А позже уже я сама сбегала от брата и герцога сюда. Возможно, из-за этого он относился ко мне с нежность и трепетом. И почему я не вспомнила о храмовника раньше?
«Потому что твой полоумный братец его убил бы, — лениво произнесла Кейра. — Удивительно, что ему сохранили жизнь».
«Я рада, что он в порядке, — оглянулась на тёмные пики храма, стремящихся к небесам, — печально было бы потерять такого человека».
Глава 5
Звёздное небо заволокли тучи. Сияние Луны, что освещало тихий город, сходило на нет, погружая всё вокруг в абсолютную темноту.
Расправив крылья, через пару взмахов мы оказались высоко в небе. По воздуху добраться получится гораздо быстрее, нежели пешком плутать в лабиринте улочек столицы. Исчезнуть из Делира нужно было как можно раньше.
Жизненная энергия по каплям утекала из уставшего тела. Но несмотря на такую ситуацию, плата за силу должна взыматься.
Боль напоминала о кошмаре, что произошёл совсем недавно, я методично тонула в воспоминаниях и закапывала саму себя. Я противна для себя, каждый сантиметр кожи, которой касался этот человек, вызывал отвращение.
«Ты не виновата в авантюре Каспия, не виновата, что Генрих возжелал тебя, не виновата, что он не смог сдержать демона. Ты — жертва», — вытаскивала Кейра из упаднических мыслей.
— Это не меняет того, что они сделали.
«Не меняет. Память человека — штука загадочная. Даже самые яркие воспоминания затираются со временем. Давай не будем торопиться, возможно, скоро наша жизнь изменится».
— Оставим самобичевание на момент, когда будем в безопасности. Пострадаю потом, — вздёрнула подбородок, — я выше всего этого. А эти двое пусть благодарят Дьявола, что им было позволено до нас дотронуться.
«Вот. Правильный настрой, — поддержала демоница, — и если тебе от этого легче, знай синяк на локте стал платой за сломанный нос».
Округлила глаза от удивления, а потом рассмеялась.
— Надо же, самого грозного герцога Делира избила слабая девица во время постельных утех, — посмотрела вниз, — снижаемся.
Приземлились немного в отдаленные от порта. Там кипела жизнь, одни суровые мужики таскали коробки, другие — напивались, громко разговаривая. То тут, то там, соблазнительно раскачивая бёдрам, шатались проститутки в поисках клиентов. Неблагодарная работа, но для некоторых это единственный шанс выжить. Остаётся пожелать сил им всем.
«В трактир?»
«Для начала, да», — мысленно ответила.
Из здания, в которое мы направлялись, доносился шум, гам и громкая весёлая музыка. Складывалось впечатление, что переворот власти прошёл мимо этого местечка, хотя город, затаившись от страха, замер. Удивительно беспечно.
Дёрнула за липкую ручку и распахнула дверь. И сразу чуть не получила бутылкой по голове. Благо реакция помогла уклониться от летящего предмета.
Внутри пахло табаком и кислым пойлом, которое щедро разбавлял трактирщик. За задними столиками завязывалась драка, но нас это никоим образом не касалось.
— Приветствую, — сказала погромче, чтобы перекричать какофонию, — любезнейший, — обратил на меня внимание грузный хозяин, — я ищу капитана Свона, — подтолкнула прямо ему под нос серебряную монету, — не видели?
Монета движением фокусника исчезла со стойки, меня одарили сиятельной улыбкой и показали на ближний столик, где веселилась компания из четырёх человек.
Кивнула в знак благодарности и направилась к столику.
— Юнец, чего надо?
Мужская одежда и наглухо накинутый капюшон не позволял им определить мою личность.
— Капитана Свона.
— Везёт же кэпу, — оглядел липким взглядом самый говорливый мужлан, — шлюшки сами приходят.
— Ну а как устоять перед таким красавчиком? — чья-то рука схватила за запястье, и через мгновение я оказалась сидящей на коленях подвыпившего блондинчика.
Большая рука поползла по бедру, вызывая самые неприятные чувства. Страх, стыд, опустошение. Но сейчас у меня есть сила, которая может меня защитить.
«Давай его прикончим», — внесла предложение Кейра.
«Нет, — рот растянулся в хищную улыбку, — он нам ещё нужен».
Закинула руки ему на шею и максимально приблизилась к его лицу, так, чтобы меня не услышали окружающие.
— Тронешь, — шептала сладким голосом, — умрёшь.