- Вижу, что тебя уже просветили касательно того, как надо обращаться ко мне. Замечательно. - он поднялся и размял шею, хрустнув позвонками. - А звать я могу тебя в любой момент, среди дня или ночи. Отрабатывай контракт, крошка.
Злость захлестнула мой рассудок, но я старалась не поддаваться этому чувству. Важно контролировать себя, пока я ещё не разобралась в том, где я.
- Меня зовут Мирис. Не называйте меня крошкой.
- Мне плевать, Ми-рис. - Фьорн растягивал имя, наслаждаясь клубком моих негативных эмоций. - Сегодня ночью я приду за своим перекусом и надеюсь, что ты будешь готова. Не хотелось бы, чтобы ты испугалась и испортила столь интимный момент.
Перед глазами появились картинки того, как я надену этому чёрствому засранцу картину на голову, от чего на губах проявилась лёгкая улыбка. Но тихий вкрадчивый голос Фьорна застал врасплох:
- Если что-то разобьёшь, будешь отрабатывать. И тебе это совсем не понравится.
Его глаза заискрились опасной зеленью. Расстегнув одну из верхних пуговиц рубашки, он приблизился ко мне. Расстояние сокращалось, а загнанные звери всегда остервенело ищут выход. Дёрнувшись, я начала обходить его по кругу, стараясь подобрать к окну. Он принял правила игры и остановился, довольно уставившись на меня.
Хищник. Страшный. Безрассудный.
Когда я оказалась близка к спасению, он как будто телепортировался ко мне и схватил за горло. Хватка не была сильной, но не давала вырваться на свободу. Его грубые пальцы слегка погладили жилку, нервно бьющуюся у меня на шее.
- Плохое решение, крошка. Ты от меня никуда не денешься. Не убежишь, не спрячешься, не исчезнешь. Я чувствую запах твоего страха. Я всегда найду тебя по этому запаху.
Зрачок его глаз вытянулся, став похожим на кошачий. Ноздри затрепетали, словно он действительно запоминал аромат. Он убрал руку, но я всё ещё ощущала его прикосновение, будто оно запечалелось на коже, стало её продолжением.
Клетка окончательно захлопнулась. И ключи от неё у этого создания по имени Рэйнард Фьорн.
3. Собственность
Я не могла вспомнить, каким образом оказалась вне кабинета. Безумно не хватало воздуха, словно его полностью выжгло рядом с Фьорном. Рядом с этим мужчиной всё становилось неправильным, переворачивалось с ног на голову. Не такой я ожидала увидеть свою вновь приобретённую жизнь.
Спустившись на первый этаж особняка, я метеором пролетела к дверям, которые должны были вести на улицу. К моему удивлению, они сразу открылись, будто бы я никогда и не была пленницей в этом здании. Снаружи бушевало лето. Свежий воздух, запахи каких-то цветов, аккуратно подстриженные кусты и высокие зеленеющие деревья, в кронах которых шелестел ветер. Я шла куда глаза глядели, минуя различные протоптанные тропинки. В тени примостилась лавочка, с которой давно уже облетела краска.
По сравнению со всей предыдущей помпезностью, это место дышало покоем. Здесь я же и задумалась насчёт своих дальнейших действий. По сути, пока что всё сводилось к тому, чтобы я просто плыла по течению. Как бы меня не злил Фьорн, испариться отсюда, словно меня никогда и не было, уже невозможно. Никакой план, к сожалению, не появлялся в моей голове.
Странно, конечно, что меня никто не сторожил. Я сидела сама по себе, могла делать всё, что захочу. Вдруг мне захочется, допустим, откусить себе язык или забраться на самое высокое дерево, а затем сбросить с него? Такое доверие пугало и наводило на мысль, что кто-то всё же следит за мной. Или, возможно, отсюда просто нет выхода.
Встряхнув головой, я пошла по направлению от особняка. То и дело спотыкаясь о камешки и корни деревьев, я дошла до границы владений. Что-то неприятно ёкнуло, когда перед моим взором предстала преграда: плотное энергетическое поле, уходившее ввысь в небеса. Ни о чём не задумываясь, я приблизилась к нему и решила дотронуться кончиком пальца. Когда до поля оставались миллиметры, оно внезапно растворилось, после чего откуда-то справа послышались незнакомые голоса. Видимо, к хозяйской морде пожаловали гости. И тут я замерла.
Миг, и поле снова вернулось на своё место, отрезая меня от свободы.
- Да что ж ты такая глупая, Мири! Почему всё время везде опаздываешь?
От раздражения закусила губу до крови, почувствовала отрезвляющий солёный вкус крови и постаралась взять себя в руки. С детства меня преследовали частые вспышки неконтролируемого гнева. Родители несколько раз порывались отдать меня в добрые руки психиатров, но каждый раз останавливались. К десяти годам на моём счету было множество сломанных игрушек, изодранных обоев и битой посуды. Однажды я нашла на улице бездомного котёнка. Он смешно прихрамывал на одну лапу, а одно ухо было порвано в какой-то драке. Мне хотелось с ним поиграть, погладить, но шипел на меня, и, в какой-то момент, больно оцарапал.