Выбрать главу

***

Выждав момент, они вскоре приземлились на лысый скальный выступ, который чем дальше отходил от обрыва, тем больше покрывался зеленью и лианами — впереди виднелся густой тропический лес с экзотическими растениями — некоторые деревья вдали, нависая над кронами более мелких собратьев поистине поражали своими размерами. Темный лес выглядел зловещим.

— Ну ты поняла, — раздался негромкий мужской голос, — повременим с углублением в джунгли, — и Иньдуан отмахнулся от жука с хоботком, который был размером с четверть кулака — жук недовольно зажужжал и отдалился, но далеко улетать не стал, кружа над двумя людьми, рысью и извергом.

Иньдуан приблизился к Щуру и движением пальцев в совокупности с ментальной командой усадил его по-турецки и приложил руку к его затылку. Из уст Иньдуана начал исходить тихий шепот.

Наблюдая за его манипуляциями, она спросила:

— И что ты ему говоришь?

Шепот прервался, и Иньдуан ответил:

— Пытаюсь донести ему мыслеречью и образами команду оставаться на месте, при легкой опасности начать двигаться руками и отбиваться, при средней — выжить, предпринимая, все усилия тела, а при высокой — сигать в пропасть и ожидать указаний.

— Что-то мне кажется, ты слишком переусложняешь, и он понял только первую часть.

В ответ Иньдуан пожал плечами:

— Посмотрим.

— И где остановимся, прямо здесь? — перевела разговор на насущное Вайю.

— Обижаешь, Вайю. Свой дом я всегда ношу с собой.

Закончив с извергом, он подошел к краю небесного острова — обернул руки в Ледяные когти и спрыгнул, цепляясь за каменную часть и при этом сделав длинную борозду когтями, после чего над пропастью раздался методичный, но не особо громкий стук.

Приблизившись к обрыву, Вайю с непонятным выражением начала наблюдать как Иньдуан выдалбливает себе пещеру в породе; но первым лег рядом у края Хуан, потягиваясь и играючи пытаясь сбить какое-то насекомое лапками, летающее вокруг него.

С удивлением Иньдуан на собственных руках прочувствовал, что порода камня, по ощущениям, была в несколько раз прочнее обычного, приходилось тратить большое количество ледяной энергии, чтобы вырубать его из скалы. Следя за космической тратой ци в Ледяных когтях, Иньдуан подумал, что — либо это какая-то специфическая порода камня, либо внешняя ци данного измерения очень сильно изменила характеристики многих природных объектов, а может и добавила им многие свойства…

Тем не менее, спустя несколько минут он скрылся в породе, бросая в пропасть каменные осколки, а через еще столько же высунулся, окликнув Вайю:

— Тебе сделать отдельную пещеру или ответвление? — и смахнул пот со лба.

— М-м, — Вайю вырвалась из своих мыслей. — Ответвление, но рядом со входом.

— Будет сделано, мадам, — и Иньдуан шутливо приложил руку к голове. — Кстати, если хотите поесть горячего, не соблаговолите ли собрать немного хворостины?

— Хорошо, принесу, — слегка расслабляясь, кивнула девушка.

Иньдуан про себя отметил, что несмотря на то, что она устала, манеры держаться у нее стали намного лучше — чем когда они только встретились.

Девушка с помощью стихии воздуха притянула к себе ветки, напряженно разглядывая ночной тропический лес, из которого, несмотря на время суток, то и дело раздавались не только стрекотание насекомых, но и птичьи крики, а также редкий звериный рев. Причем звуки были не простые, а зачастую с применением внутренней энергии. Одним предложением — лес жил бурной ночной жизнью.

Вскоре Вайю спрыгнула вместе со скопом валежника в самодельный грот, не забыв прихватить мяукнувшего Хуана, который явно не горел желанием оставаться один — его уже не единожды пыталась облепить куча темных насекомоподобных тварей.

Щур остался одиноко и отупело сидеть у пропасти — издалека он был похож на медитирующего монаха-отшельника, прошедшего через суровый жизненный путь. Каждое приближающееся насекомое он пытался рубить своими когтями, поначалу он мазал, словно был слепым, но к утру, можно сказать, приобрел соответствующий навык. К нему потихоньку начала возвращаться инстинктивная жажда крови.

Более крупные существа не тревожили Щура, хотя несколько раз пара ярких хищных глаз концентрировала на нем свое звериное внимание.