— Не знаю, — протянула я с сомнением. — По-моему, получается как-то слишком «далее».
— Да, но если мы хотим побольше узнать про Дейзи и Ника…
— Я понимаю. Ужасно противно, что ты всегда права. И вообще, Кэл ни за что не согласится, — объявила я в надежде под этим предлогом отвязаться от приключения.
Дженна смутилась.
— Кэл с нами не пойдет.
— Как? Почему?
Дженна передернула плечами.
— Увяз в каких-то ботанических проблемах. Насколько я поняла, здесь оказалось значительно больше больных растений, чем можно было ожидать.
— Хм, — сказала я, снова отвернувшись к зеркалу.
— София Мерсер! Что это я замечаю с помощью своей вампирской сверхчувствительности? Неужто разочарование?
— Нет, просто… Просто он мог бы и сам мне сказать.
— Ага! — сказала Дженна на редкость самодовольным тоном. — А эту блузку с глубоким вырезом и сапожки на каблуках ты надела исключительно ради меня, так?
Я швырнула в нее пудреницей.
— Дженна! Любопытных вампиров никто не любит!
Когда мы наконец спустились вниз, Ник и Дейзи ждали нас у черного хода. Ник угрюмо глянул на меня, но ничего не сказал.
Серые глаза Дейзи, подведенные черным карандашом, прямо-таки сверкали. Она тихо спросила:
— Я так понимаю, Дженна тебя посвятила в наши планы на сегодня?
— Угу, — ответила я, в меру сил изображая радость. — Жду не дождусь!
В ту минуту мне меньше всего хотелось тащиться куда-то с компанией экстраординариев, особенно с двумя демонами, один из которых явно не в себе.
Ник сказал, открывая дверь:
— Знаешь, если ты настучишь папочке, он, скорее всего, вышибет нас отсюда.
— О, я этого не переживу! Вы ведь меня так мило и приветливо встретили!
— Она права, — вступилась Дейзи, дергая Ника за рукав. — Будь с ней повежливей!
Ник уставился на меня жутковатыми голубыми глазами. Наконец он сказал:
— Постараюсь.
В воздухе пахло вечерней сыростью. Сразу за дверью начиналась посыпанная гравием дорожка. Она вела вдоль живой изгороди высотой примерно мне по плечо и терялась в сумерках на опушке леса, обступившего аббатство Торн.
Мы пошли по этой дорожке, следуя всем ее изгибам. Дженна ухватила меня за руку. Наши тени тянулись впереди в лунном свете.
Дейзи закурила. Я видела, как светится ярко-красным кончик сигареты. Ник шел рядом с Дейзи, руки в карманах. Было слышно, как они переговариваются вполголоса. Я почти уверена, что прозвучало мое имя.
— Они не такие уж плохие, — шепнула Дженна. — И, кажется, их не смущает, что я вампир. Вроде они таких много встречали там, куда мы идем. «У Шелли».
— «У Шелли»?
— Угу, которая Мэри. Франкенштейн, чудовище…
— Миленько.
Мы добрались до леса. Здесь тропинка была намного уже. Каблуки моих сапог увязали, погружаясь во влажную землю, и скоро я сильно отстала от нашей компании. Засунув руки поглубже в карманы, я размышляла о том, как бы пройти через лес, не вспоминая каждую минуту про Алису и наши тайные уроки магии.
Тропинка оборвалась перед большим каменным строением. Ника нигде не было видно, а Дейзи стояла в дверях.
— Пошли!
Она махнула нам и скрылась в доме.
Мы двинулись за ней. Несмотря на теплый вечер, от каменных стен веяло сыростью и затхлостью, как бывает в очень старых заброшенных домах. Захлопали крылья. Я задрала голову и увидела, как большая темная птица вылетела наружу через дыру в крыше.
Я спросила:
— Что это за место?
— Раньше здесь была мельница. — Дейзи указала на полуобрушенную крышу. — Лет шестьдесят назад во время грозы на нее упало дерево.
— А почему ее не снесли? — спросила Дженна.
Даже в темноте на лице Дейзи можно было разглядеть изумление нашей тупостью.
— Потому что здесь находится итинерис.
— Надеюсь, это не какое-нибудь кошмарное латинское чудовище? — спросила я, стараясь изогнуть одну бровь.
Дейзи засмеялась, осторожно переступая через упавшие балки.
— Это действительно по-латыни. Означает «дорога» или «путешествие».
Я споткнулась о кучку битого камня.
— Звучит и весело, и жутко, — пробормотала я себе под нос, но Дейзи уже ушла вперед и не услышала.
У дальней стены стоял Ник. Рядом с ним виднелось отверстие вроде двери высотой под два с половиной метра. В проеме было темно, ничего не разглядеть.
— Надеюсь, нам не придется ползти всю дорогу до Лондона, — вздохнула я.
Подойдя ближе, я поняла, что отверстие — это не вход в туннель, как я сначала подумала, а нечто вроде ниши, не больше метра в глубину.