Папа внимательно посмотрел на меня и сказал, тщательно подбирая слова:
— Согласно результатам исследований мистера Кроули, по-настоящему подчинить себе демона может только его создатель. Тот, кто провел ритуал призывания.
— Лара! То странное слово или просто звук. Дейзи это вмиг остановило.
Папа судорожно вздохнул.
— Да.
Все встало на свои места, но от этого сделалось только хуже.
— Значит, Ника и Дейзи действительно превратила она. — Мысли накручивались друг на друга, как огромный снежный ком. — Пап, она знает, что я была на острове! Неизвестно откуда, но знает. Из-за этого и натравила на меня Дейзи. А отозвала ее, только когда та бросилась на тебя.
Милая, приветливая Лара. Мы с Дженной прозвали ее «миссис Каснофф наоборот». И она только что пыталась меня убить.
Я спросила:
— И что теперь? Ты ее магически арестуешь?
— Не могу.
Такого ответа я никак не ожидала и потрясенно уставилась на папу.
— Она хотела меня убить! Не говоря уже о том, что призывает демонов и использует их как оружие.
— Ты не понимаешь, — устало ответил папа. — Нас с Ларой и Анастасией связывает клятва на крови. Если я без доказательств отправлю их в темницу, это будет выглядеть как обычная борьба за власть.
— У тебя же есть доказательства! То место на Греймалкине. Можешь мне поверить, всякий поймет, что там творили темную магию.
— Этого недостаточно. К тому же все, что происходит в «Гекате», находится под полным контролем Анастасии. Она без труда найдет убедительные оправдания.
Я в отчаянии замотала головой.
— А как же Дейзи и Ник?..
— Дейзи сейчас находится в бессознательном состоянии, а Ник не помнит ничего, что было до его превращения. В этом деле они нам не помогут.
Я вскочила на ноги и тут же об этом пожалела. От переизбытка магии и стресса закружилась голова. Я все-таки сказала, придерживаясь за перила:
— Значит, ты ничего не собираешься делать?
Папа тоже встал.
— Софи, я уже говорил тебе однажды, что должность главы Совета сопряжена с определенными жертвами. Эта женщина обманула меня, сломала жизнь юной девушки ради личных целей и в довершение всего пыталась убить мою дочь.
Папина магия взметнулась с такой мощью, что мне снова захотелось присесть.
— Поверь, — продолжал он, — я с огромным удовольствием стер бы ее с лица земли. Но не могу! По крайней мере, пока не получу веские доказательства.
Мне понравилось насчет «стереть с лица земли», и все же, как ни обидно, я понимала, что папа прав.
— Гнусное дело — политика, — пробурчала я себе под нос.
Папа взял меня за руку.
— Софи, даю слово, мы докопаемся до правды. И тогда ни Лара, ни Анастасия, ни другие возможные участники этого безумия не уйдут от наказания.
— Спасибо, пап.
Я хотела остаться, хотя бы для моральной поддержки, пока не придет Ник, но папа велел мне идти к себе.
— Ты, кажется, сейчас свалишься, — сказал он, провожая меня до черной лестницы. — Я могу позвать Кэла…
— Нет, — быстро отказалась я. — Мне просто нужно побыть одной, и чтобы никто не лез.
Папа кивнул.
— Хорошо, отдыхай.
Давно я не получала таких приятных указаний! И тут папа добавил:
— А я сейчас позвоню маме.
Спорить было бесполезно. Папу не остановить, по лицу видно. Он позвонит маме, она примчится и утащит меня… Ну, не знаю куда. В Проклятую школу-то мне дороги нет.
Он этих мыслей я сразу устала. Доползла до своей комнаты и приняла самый долгий, самый обжигающий душ в истории человечества. Конечно, горячей водой не смоешь страх и тоску, что грозили совсем меня придавить, и все-таки стало чуть легче. К тому же скоро встреча с Арчером, хотелось привести себя в порядок.
Хорошее настроение вновь улетучилось без следа, как только я открыла дверцу душевой кабинки. Посреди ванной комнаты стояла Элоди, уже не такая прозрачная и притом заметно перепуганная. Губы у нее быстро-быстро шевелились, ни слова не разобрать.
— Я все понимаю, — пробормотала я, закутываясь в халат. — Надо бы почаще заглядывать в спортзал и так далее, и все-таки, если ты намерена регулярно мне являться, соблюдай хоть какие-то границы!
Элоди, всплеснув руками, воспарила над полом. Лицо злое и тревожное. Похоже, она хотела поговорить о чем-то более важном, чем мои лишние четыре килограмма.
От резкого стука в дверь я чуть не подпрыгнула, и даже Элоди обернулась на шум.