— Что теперь? — спросила я тихо.
— Теперь, — его рука скользнула в мою, и его пальцы, грубые и нежные, переплелись с моими, — мы идем. Твой старый мир ждет, чтобы ты закрыла за собой дверь.
Он повел меня к кровати, но не для страсти, а для ритуала. Его движения были медленными, полными невыразимой значимости. Остановившись перед ложем, он обернулся ко мне. В его горящих глазах читалась не похоть, а благоговение.
— Теперь мы станем одним целым, — прозвучал его голос в моей голове. — Не только душами, но и плотью. Это будет запечатлением нашей клятвы.
Одной рукой он обнял меня за талию, другой коснулся моего лица. Его коготь нежно провел по линии моей щеки, затем скользнул вниз, к горлу, к вырезу майки. Легкое движение — и тонкая ткань рассеклась без звука, упав с моих плеч на пол. Я стояла перед ним обнаженной, и вместо стыда чувствовала лишь гордость. Его взгляд, тяжелый и восхищенный, скользил по моему телу, и каждая клетка моей кожи отвечала ему трепетом.
— Ты совершенна, — прошептал он, и его голос прозвучал уже не в сознании, а в самой реальности, низко и вибрирующе.
Он наклонился и провел шершавым языком от моей ключицы до соска. Я вскрикнула, когда его горячий, грубый язык коснулся чувствительной кожи, а его губы сомкнулись вокруг моего соска. Он не просто сосал — он словно впитывал саму мою суть, посылая волны сладострастия прямо в низ живота. Его когти осторожно провели по моей спине, оставляя на коже легкие, горящие полосы — не боль, а обещание.
Мои руки сами потянулись к нему. Я запустила пальцы в его волосы у основания рогов, ощущая их жесткую, живую текстуру. Он заурчал в ответ, вибрация от его гортани отдалась эхом в моем теле.
Он опустился на колени передо мной. Его огромные ладони обхватили мои бедра, его горячее дыхание обожгло кожу моего лона.
— Я буду вкушать твою сущность, — провозгласил он, и его слова были обетом. — И ты вкусишь мою.
Его язык, широкий и шершавый, коснулся меня там. Нежно, почти несмело, скользнул по всей длине моей щели. Я задрожала, опираясь руками на его мощные плечи. Потом он нашел клитор и принялся ласкать его с такой внимательностью, с какой ювелир работает над алмазом. Его язык был одновременно прохладным и обжигающе горячим, он двигался с нечеловеческой ловкостью — то кружась, то надавливая, то быстро вибрируя.
Я застонала, запрокинув голову. Ощущения были на грани переносимого. Он пил мои соки, вбирал в себя каждый стон, каждую судорогу, и с каждым его движением наша связь становилась все прочнее. Я чувствовала не только физическое наслаждение, но и его эмоции — его благодарность, его преданность, его древнюю, невыразимую тоску, которая наконец находила утоление.
Когда оргазм накатил на меня, он был не просто спазмом удовольствия. Это было извержение. Взрыв света за закрытыми веками, крик, вырывающийся из самой глубины души. Мое тело напряглось в его руках, и он удерживал меня, не прекращая ласк, пока последние отголоски не отзвучали.
Он поднялся, его глаза пылали триумфом и нежностью. Теперь пришла моя очередь. Мои пальцы дрожали, когда я дотронулась до застежки его странных, темных одеяний, сотканных из тени и дыма. Они расступились перед моим прикосновением, и он предстал передо мной во всей своей демонической мощи.
Его член был таким же, как и он — мощным, внушительным, с темно-серой кожей, испещренной тонкими прожилками, которые слабо светились изнутри. Он был большим, и на мгновение меня охватил страх, но он поймал мой взгляд.
— Я не причиню тебе боли, — пообещал он. — Я буду беречь тебя как величайшее сокровище.
Он лег на спину и притянул меня к себе, усадив сверху. Его руки лежали на моих бедрах, направляя, но не принуждая.
— Прими меня, — попросил он. — По своей воле.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Опираясь руками на его грудь, я медленно, давая своему телу привыкнуть, опустилась на него. Он входил тяжело, неумолимо, растягивая меня, заполняя до предела. Было тесно, почти больно, но боль тут же растворялась в нарастающем удовольствии. Когда он полностью вошел в меня, я замерла, чувствуя, как каждый сантиметр моего внутреннего пространства приспосабливается к его форме.
Он лежал неподвижно, его горящий взгляд был прикован к моему лицу. Его руки мягко лежали на моих бедрах.
— Теперь мы едины, — прошептал он.
Я начала двигаться. Медленно, неуверенно, затем все смелее. Его руки помогали мне, его бедра встречали мои движения. Его член, казалось, был создан именно для меня. Каждое движение задевало какую-то невероятно чувствительную точку внутри, заставляя меня стонать и извиваться. Я ехала на нем, как на волне, полностью отдавшись ощущениям.