Тем не менее данный этаж, при всех своих циклопичности, гигантомании и так далее, на деле оказался, наверное, самым удобным с точки зрения зачистки. Да, мана Подземелья мешала в полной мере разобрать засветки отдельных демонов на большом расстоянии, но в ракурсе того факта, что моё Восприятие при нормальных условиях уже добивало на пять с лишним, а то и почти шесть километров, даже срезайся от него больше половины радиуса, это всё равно было дофига для подземных коридоров. На самом деле, главной проблемой в обнаружении для меня была даже не дистанция, а скорее неподвижность многих демонов и их общая слабость на фоне энергии, что течёт по стенам. Плюс магический конденсат в форме кристаллов, что иной раз содержит магической энергии больше полноценного демона из тех, что помельче. В общем, когда всё вокруг сияет и переливается потоками маны, не очень просто разглядеть отдельных «светлячков» на приличном удалении, к тому же светлячки эти ещё и с потоками в стенах связаны, буквально получая постоянную подпитку, то есть часто реально сливаясь в восприятии с завихрениями энергии. Однако ко всему этому можно было привыкнуть и адаптироваться, сперва научившись угадывать характерные очертания движущихся патрулей из кого потолще, потом из кого угодно, а дальше и неподвижные посты охраны становились вполне заметны и узнаваемы, как и места, где просто скопился «конденсат». Но когда этаж — это лабиринт из переплетения тоннелей или просто длинная череда из коридоров и развилок, возможность знать о местоположении врага сильно заранее особо роли не играет и полезна только в плане именно зачистки, что, мол, вот в той стороне есть недобитки, значит, надо найти, где свернуть, и пойти их прикончить. Другое дело — огромный зал в несколько миль шириной! Большой, без естественных препятствий, неровностей и заторов. Если не считать за таковые магические жаровни, ловушки и темноту. В такой обстановке знание о положении противника начинает играть новыми красками, позволяя выбирать наилучший и быстрейший маршрут для вырезания всей местной погани. Ну или ускользания от неё…
Тут был занятный факт: Подземелье каким-то образом подавало демонам сигнал о нарушителях, но делало это как-то рефлекторно, без очевидных умысла и расчёта. При этом сами демоны хоть и видели в местной темноте, но не очень далеко — метров на пятьдесят, как показали замеры, если говорить чисто о противнике. Если же мы зажигали источники света, было уже около сотни, но тоже не дальше, потому как местная тьма свет глушила не хуже чёрного нефтяного дыма. В итоге местные уроды явно пытались нас искать и примерно даже знали где, стягиваясь в нашем направлении, но всё равно больше метались в надежде наткнуться.
Всего в главном и единственном зале на этом этаже я нащупал ещё шесть таких же крупных патрулей из пятнадцати козлоголовых алебардистов и одного-трёх Гор-сгиров, кроме них по огромному пустому пространству бродило около пяти десятков демонических кентавров и розовых горбатых минотавров, но отдельными особями или же по двое-трое. Собственно, выбивая патрули из последних, как правило, даже не заморачиваясь обнажением клинка, а лишь на одних «Ожогах Света», что с параметром Магии больше сотни убивали младших демонов мгновенно, мы поочерёдно разобрали отряды с гигантами, действуя по уже отработанной схеме, с поправкой на то, что повадки монстров уже были знакомы, как и манера движения, а потому второй раз под удар я уже не попадал.
Так всё шло ровно до того момента, как, выпотрошив уже девятого по счёту «йети-мутанта», я обрёл последний осколок руны. Вернее, о том, что это — последний осколок, мне любезно сообщила Система:
[Вы собрали все фрагменты расколотой руны.]
[Желаете её восстановить?]
[Да/Нет]
Разумеется [Да], иначе зачем бы всё это затевалось? Однако стоило мне дать мысленное согласие, как актуальность и разумность данного вопроса со стороны Системы сразу стала не только понятна, но и очевидна, а вот моя соображалка подверглась большому сомнению. А суть в том, что сбор руны начался с яркой зелёно-красной вспышки, после которой в руке у меня оказались все девять фрагментов. И вся эта горсть осколков, не переставая сиять, поднялась в воздух, распределилась в нём по своим местам и срослась, образуя гладко отшлифованный камень, напоминающий малахит, но с красно-зелёными разводами и с сияющим алым символом на лицевой части.