— Ко мне! — на первый взгляд, ничего не изменилось, но вскоре по той связи, что образовалась у меня с девушками, принятыми в группу, я ощутил, как потекла мана Нэроко. Волшебница явно вступила в бой. Не нужно быть гением, чтобы понять — этот урод позвал подкрепление. И я вот не уверен, что столкновение моих спутниц с этим подкреплением пройдёт гладко. И потому я решил достать один козырь, тщательно сохраняемый мной в этой битве. Да и момент подходящий.
— Лови, — озвучиваю уже случившийся результат, когда, оторвав на миг ладонь от рукояти, я отправил прямо в грудь Рыцаря Бездны структуру одного из проклятий слабости, что подсмотрел у козлоголового мага в Дитоуре, а за ним ещё парочку, почерпнутую мной там же.
— Что?! Какого… — завершить мысль демону я не дал.
Помимо удивления от «паладина», что накладывает демонические темномагические проклятья, были и эффекты от самих проклятий. Руки твари дрогнули. И так проигрывающий мне в силе, пусть и не так чтобы намного, воин окончательно перестал котироваться в этом плане. Возможно, будь у него время, он смог бы вымыть мою ману и сбросить чары, но времени я ему не дал. Меч продавил блок и вгрызся лезвием в основание правого рога твари.
Ещё одно усилие, навалиться и влить больше маны в клинок. Магическая сталь вошла в плоть Хранителя Сердца…
И я сразу же пустил через эту сталь энергию Света.
Демон не умер и от этого… сразу. Но от ожога головы полностью выбыл из ранга угроз, а в следующий миг я уже выбил меч из его рук и просто снёс твари голову.
— Ха… — руки чуть подрагивали.
Да… это был, пожалуй, самый сложный бой за всё моё пребывание в этом мире. Но и дал он мне немало. Я скосил глаза на сообщение об очередном уровне. Потом, всё потом, а пока… выдернув из трупа свой основной меч, я разнёс им Сердце Подземелья и, не обращая внимания на сообщения о наградах, рванул обратно, пинком выбивая врата, — нужно было помочь девочкам.
Прибежал. Не скажу, что у тех не было проблем, но… справлялись. Призывом главнюка была пачка из трёх десятков саблекогтей, возглавляемых одним козлоголовым с алебардой. Тем более после уничтожения Сердца демоны были несколько дезориентированы и в целом прыти поубавили. Нэка поливала наступающих врагов непрерывным потоком синих магических снарядов, в процессе зачитывания одноимённого заклинания непрерывно разряжая те его заряды, что были заложены в посох. Близняшки метались по коридору стремительными чёрно-голубыми от одновременного использования «Вуали теней» и приёма самоусиления маной росчерками и нарезали тех, кто прорывался через обстрел. А тихая-мирная жрица тёмной богини вообще орудовала чем-то вроде топора, состоящего из ночной темноты. И топор этот оставлял вполне материальные раны на телах тварей Бездны. Моё явление окончательно склонило чашу весов в нашу сторону. Враг был разгромлен.
— Вы как? Не ранены? — стряхнув с меча кровь, с беспокойством оборачиваюсь к девушкам.
— Живы…
— Целы…
— Нормально… — почти в один голос ответили Адель, Нэроко и Эдель.
— (0_0)//Р… — неподвижно замерла жрица, опираясь на свой топор.
— Мелисса?
— Всё… всё… хорошо, Вайтлиан-доно, просто… я чувствую… — огромное орудие убийства, сотканное из тени, развеялось в воздухе. — Подземелье мертво?.. Мы… победили? — понятно, небольшой культурный шок.
— Да. Сердце охранял Рыцарь Бездны, но я с ним справился.
— Хорошо-о-о… — неуверенно улыбнулась жрица. — Кажется, я получаю откровение от Шадар! — гораздо радостнее продолжила она, задрожав всем телом. — А… нет. Это ноги не держат, — и, не переставая улыбаться, начала оседать на пол.
— Осторожно! — с предельной скоростью дёргаюсь в её сторону, успевая подхватить миниатюрное тело до того, как оно рухнуло на костяные клинки убитых демонов.
— Простите, Вайтлиан-сама, я это не контролирую, — повинилась девочка-кролик, чей взгляд уже немного плыл. — И, кажется, я сейчас упаду в обморок…
— Эй, круглый хвостик, ты чего? — оказалась рядом обеспокоенная Адель.
— Ты же не ранена! — не отставала от неё Эдель.
— Слишком долго пропускала силу Богини. Перенапряглась. Теперь это уже не нужно, и у меня отходняк, — послушно объяснила носительница розовых волос. — Простите… — виновато подняли взгляд к моему лицу. — Мне очень жаль, что я вас обременяю… но можно я посплю? Только не бросайте на полу, пожалуйста…
— Коварная тёмная жрица хочет поспать на ручках у паладина… — прокурорским тоном начала было Эдель.
— Эта жрица знает, чего хочет! — с уважением продолжила Адель.