Перед навязанной свитой роль играй, ещё и улыбаясь в процессе. Своих девочек даже не целуй, чтобы не сорваться и не спалиться. Наедине тоже не остаться. Вокруг жопа. Ещё и уровни не капают.
В смысле, на самом-то деле один уровень я за эти пять Подземелий получил, и даже суммарно 25 очков характеристик капнуло за квесты по зачистке, не говоря уже о 647 душах, захваченных в медальон, что позволили ему работать в 64,7 процента мощности. Сестрёнки и Нэроко тоже подросли — это было видно по их мане. Вот только Е-ранговые Подземелья населялись сплошняком низшими демонами, хорошо если с парочкой младших, и этого было очень мало даже для меня одного, а ведь мы делили получаемый «опыт» на четверых. Что же до жопы вокруг… Ну, наверное, говорить так было всё-таки не очень правильно. Да, у появившихся Подземелий было напряжённо, где-то, как в деревне Росистой, так и вообще близко к трагедии, но вот настоящих трагедий, с реально сожранными в ноль поселениями, нам не встретилось. Где стража с ополчением, где отряды авантюристов, но оборону держали, пусть и платя за это кровавую дань. Вот не закрой мы тот данж в пять этажей у Дитоура, здесь бы очень скоро случилась настоящая катастрофа, гасить последствия которой пришлось бы ценой огромного числа жизней. Но мы данж закрыли и пришли на помощь, так что обстановка хоть и была напряжённой до состояния «жопа окружает», но всё же с просветом, уж простите за чёрный юмор. Тут какое настроение, такие и мысли, ничего не поделать.
И тем не менее, несмотря на всё негативное напряжение, скопившееся в теле и разуме за это время, был у меня и повод для радости, ведь ещё немного — и как минимум от части раздражающих факторов я избавлюсь, заодно вновь получив доступ к тем, что раздражение снимают и в целом лечат душу.
Подземелье, которое мы только что зачистили, располагалось в окрестностях города Реувелл, что, во-первых, был крайней юго-западной точкой владений Верховного лорда Джейконена, а во-вторых, стоял на берегу судоходной реки, основное русло которой двигалось дальше на юго-восток. И пусть по официальному плану мы должны были подняться по этой реке вверх по течению, откуда дойти до Шоселя и вновь выйти к Дитоуру, но реально план был, наоборот, рвануть на юга. И раз уж Подземелье закрыто, то именно это мы вскоре и сделаем. Только свиту надо будет выпроводить как-нибудь помягче, хотя, честно признаться, чем ближе был момент свободы, тем больше я был внутренне готов проявить грубость. Плохой сигнал. Знаю. Но, блин, кто бы не подошёл к стадии кипения, когда его полторы декады, ежедневно, за малым в штаны ручками не залезая, пытается соблазнить толпа пышногрудых девиц одна другой краше, при том, что ему нельзя? Ему очень хочется, но нельзя! Там ведь и со всеми предосторожностями уже начались нехорошие взгляды в сторону моих девочек, а от ядов я защищать не умею.
В общем, прожимая кнопку принятия награды за очередное уничтоженное Сердце Подземелья, я уже ощущал первые звоночки нехорошей нервозности, именуемой мандражом. Оставалось надеяться, что силы воли на «продержаться» у меня всё-таки хватит. Иначе нехорошо получится…
Немного позже.
— Лорд Вайтлиан, вы уже слышали новости? — влетев в общий зал гостиницы, тут же нависла над нашим столом Рёко, нервно дёргая хвостиком, да и общий вид имея обеспокоенный.
Мы как раз только-только расположились в «лучшем постоялом дворе города» и ждали ужин. По плану наших аристократичных конвоиров, завтра мы должны были найти судно, что доставит нас вверх по реке, обратно на север. Наш же план предполагал, что завтра близняшки-шоколадки «внезапно» узнают некие страшные новости с юга и мы смоемся туда, желательно, не особо извещая сопровождающих.
— Эм, нет, но ты можешь поделиться, — осторожно ответил я.
— Только стул возьми и сядь нормально, — сурово дополнила моя котя, блюдя порядок и воспитанность.
— Хорошо, — послушно выполнила команду лучница, плюхнувшись на мигом пододвинутый стул. — Я тут немного походила и услышала несколько очень тревожных слухов! — перейдя на трагичный шёпот, подалась она ближе.
— Каких? — навострила ушки Эдель.
— Когда успела? — одновременно с ней спросила Адель.