Пройдя сквозь зал, опричник свернул к уборной. Краем глаза он уловил легкое движение и заметил, как небольшая дверь закрылась. Втянув воздух в легкие через нос, Добрынин ощерился. След, нужно идти по следу.
Пройдя мимо двери туалета, он как бы невзначай подобрался к той самой двери и потянул за ручку. Было открыто, так что опричник без каких-либо проблем вошел и почти сразу же оказался на лестнице, ведущей вниз. А оттуда уже слышались голоса.
Подвал. Минуту до этого.
Когда я спустился в подвал, Львов уже замер перед трещиной. Он ее не видел, для этого нужен был конструкт магического взора, вот только, насколько мне известно, местные им не обладают. Тем не менее остановился он правильно, прямо перед трещиной, и медленно начал покачиваться. Я сунул руку в карман и вытащил оттуда куб. Ну давай же, давай же, мразь, потяни свои щупальца к нему.
Мое внимание настолько сконцентрировалось на Львове, что время словно замедлилось, а дальше я увидел, как из трещины вываливается в наш мир шар фиолетового цвета размером с небольшой теннисный мяч. Он уже потянул свои щупальца к Львову, но я оказался быстрее. Хватило одного прыжка, чтобы оказаться на пути этой грязи, и я наконец-то активировал куб.
Низкий вибрирующий звук прошел по подвалу, пробирая до самых костей, а одновременно с этим Львов издал не то рык, не то хрип, после чего глянул на меня полностью безумным взглядом.
— ЧТО… ТЫ… НАТВОРИЛ⁈
— Тише, папаша, тише, — я усмехнулся и зажег на руках небольшой световой шар, — зря ты сюда полез. Ой зря.
— Какое интересное зрелище, — голос, прозвучавший за моей спиной, заставил меня вздрогнуть, да и не только меня, Львова тоже.
Повернувшись, я увидел Добрынина.
— Алексей Николаевич, — опричник расплылся в улыбке, — а вы, оказывается, очень интересный молодой человек, обладающий незаурядным даром. Позвольте узнать, что за куб в ваших руках, и что это был за шар, который вы туда запечатали, — хоть на губах опричника была улыбка, взгляд его стальных глаз обещал мне все муки мира, если я попытаюсь соврать. Гадство!
Глава 13
Я молчал, судорожно собираясь с мыслями, параллельно с этим отслеживая ауру опричника. И, судя по ее насыщенности, Добрынин был готов в любой момент ударить магией. Нет, так дело не пойдет. Умирать я пока что не планировал.
— Павел Андреевич, а каким образом Вы увидели шар? — решив немного потянуть время, я задал первый же пришедший мне в голову вопрос, и тут же удивился, насколько он вышел к месту.
— Алексей Николаевич, свои тайны я никому не открываю, — Добрынин покачал головой, — и все же Вы не ответили, что это был за шар, что это за странный куб в ваших руках, и почему тут находится господин Львов?
— Последнее можете спросить у него, — я начал поворачиваться, и в этот момент за моей спиной засверкали молнии.
В их отблеске я увидел безумный, без шуток безумный взгляд Львова. Кажется, Анатолий Анатольевич у нас окончательно поехал крышей, как говорят в этом мире.
Время опять замедлилось, и я увидел, как молнии нарочито медленно летят прямо мне в лицо. Львов был магом уровня мастер, ранг такой же, как и у меня, вот только молнии в некоторых ситуациях опаснее света, и сейчас как раз такая ситуация. Возможно, я бы успел выхватить из ауры пистолеты и сбить его атаку, но почему-то мне совершенно не хотелось этого делать. Отчего-то внутри меня зрело ощущение, что прямо сейчас что-то произойдет, благодаря чему я не окажусь под ударом.
В следующее мгновение со стороны Добрынина прилетел антрацитово-черный сгусток энергии, а еще через мгновение Львов уже был на полу, а на его теле затягивались путы Мрака. Да, это был именно Мрак, младший брат Тьмы. Теперь мне понятно, почему опричник пришел тогда один в трактир ночью, и почему расхаживает по улицам без какой-либо опаски. С таким даром он в состоянии уничтожить любого из местных, без шуток. Магия Мрака — одна из самых опасных, кстати, в том числе против демонов. И если мой Свет выжигает тварей, превращая в пепел, то Мрак просто пожирает их. Никто не знает, где находится изначальное измерение этой стихии и зачем ей столько силы, но Мрак прожорливее даже чем сама Тьма.