— Твой, тьфу, наш пёс будет драться с фаворитом этих боёв, — негромко сообщил мне спутник. — Кое-кто из авторитетных участников в курсе, что наша собака не простая. Из-за этого они сделали ставку на неё. Но в целом соотношение в нашу пользу — один к трём.
— Три на нас?
— Три на Чакнориса. Он фаворит, — ответил Валерий. — А наша польза в том, что когда мы выиграем, то получим тройную ставку.
— А если выиграет владелец Чакнориса?
Мужчина хмуро посмотрел на меня, но всё же ответил:
— Не шути так, Олег, многие люди из сегодняшней тусовки очень суеверны и подобные слова могут посчитать дурным знаком. Что же до его выигрыша, то все ставки получат тридцатипроцентный навар, то есть, одну треть. Учитывая суммы, даже такой процент превращается в солидную сумму.
— Теперь понял. А не попробуют проигравшие рассчитаться за проигрыш?
— Не должны, — пожал он плечами и следом добавил. — Каждый сюда приходящий знает, что может проиграть. А ещё я предупредил самых серьёзных людей насчёт нашего бойца. После нашей победы они не допустят беспредела. И об этом тоже в курсе проигравшие.
Первыми выпустили на арену двух стаффордширов. Бой был вялым. Скорее даже не бой, а так, завязка, прелюдия перед основными кровавыми схватками. Вторыми выпустили пару немецких овчарок. Вот эти уже показали всю жестокость подобных развлечений. Одной из них противник почти отгрыз лапу. Когда судьи растащили дерущихся, она болталась на нескольких кусочках кожи, из раны ручьём лилась кровь и белел осколок кости.
— Их чем-то накачивают? — спросил я, отметив странное поведение собак.
— Да, — подтвердил мою догадку Валерий. — Делают укол какого-то препарата. Он притупляет боль и повышает агрессивность.
— Нашему не нужно.
— Почему? Будут проблемы в контроле?
— Нет. Лекарства на него не подействуют.
— А-а, — расслабился, было, напрягшийся собеседник. — Это ерунда. Стоимость препарата всё равно входит в сумму взноса.
К этому моменту закончился бой третьей пары собак. В этот раз в вольер выпустили чистокровного питбуля и такого же, но смеска. Эти рвали друг друга четверть часа, приведя народ в дикий ажиотаж. Среди зрителей было полно женщин. Сейчас многие из них выглядели сущими фуриями от перевозбуждения. Казалось, что они сами готовы заскочить в вольер, чтобы кричать команды прямо в ухо своего фавориту. В конце боя обе собаки не могли уже двигаться. Питбулю досталось больше. Кажется, смесок отгрыз ему нижнюю челюсть. Но и второй пёс очень сильно пострадал. Обоих животных вытаскивали на носилках.
После третьего боя организаторы сделали небольшую паузу. Многие зрители вышли из ангара в соседний домик, где стояли столы с закусками и алкоголем. Люди раскрепостились, оживились, были слышны громкие возгласы и смех, кое-кто делился впечатлениями прошедших собачьих схваток. Часть женщин, которые приехали сюда без спутников, нашли себе на сегодня пару, другие приглядывались. Я и на себе почувствовал несколько оценивающих взглядов со стороны парочки представительниц слабого пола.
На четвёртый бой выпустили чёрного и белого алабаев. Те полчаса мусолили друга. Белая шкура одного из них под конец превратилась грязно-красную. От кровопотери и усталости они свалились у края арены. Чёрный стискивал лапу белому, а тот вдавливал свои клыки ему в шею рядом с ухом. Позже судьям пришлось использовать деревянные стеки, чтобы разжать им челюсти и растащить в стороны.
— И кто тут победил? — спросил я Валерия.
— Скорее всего, чёрный, — ответил он мне. И вдруг резко оживился. — Ага, а вот и наши.
Против мимика выступал ещё один алабай. Но был он настолько здоровый, что рядом с предыдущей парой смотрелся псом-папашей подле взрослых щенков.
— Все проверки он прошёл, по документам обычный здоровый пёс. Просто очень крупный. Но как мы знаем, если захотеть, то всегда можно обойти проверки, — вздохнул Валерий.
— Это точно, — согласился я с ним. Стоило псам оказаться в одном вольере, как я вдруг напрягся, ощутив то же, что и мимик. Вернее, от него мне пришли чувства. — А это интересно.
— Что? Что такое? Ты его не контролируешь, он сорвался с поводка? — напрягся мой сосед.
— Не то и не другое. Этот Чакнорис тоже с помощью демона усилен.
Судя по глазам Валерия для него мои слова стали откровением.