Кстати, землю можно приобрести и без дара, будучи обычным гражданином. Просто это окажется кусок территории без права владельцу лезть к порталам. Такие участки приобретают охотники, лесорубы, фермеры. Особенно пчеловоды. Может быть, такой вариант даже выгоднее. Ведь одно дело сдать в аренду или продать пару гектар рядовому жителю. И совсем другое, когда землю берёт одарённый. К подобным телодвижениям у государства особое внимание, если верить тому, что я накопал в книгах и газетах с журналами.
Мой компаньон по собачьим боям был рад меня услышать. С моим исчезновением без возможности созвониться у него дела на собачьей арене пошли с серьёзным скрипом. Заверил его, что всё это в прошлом и я вновь в деле.
Следующими, с кем связался с помощью таксофона, стали мои скупщики пушнины. Договорились о месте и времени новой встречи, где скину им шкуры рысей.
В город я приехал верхом, приторочив тюки со шкурами по бокам на крупе своего скакуна. По улицам передвигался по дороге, держась самого правого края и сходя на обочину, если та имелась. Взглядов собрал на себе, конечно… а кто-то из зевак ещё и снимал меня на телефон. Ну, да и к чёрту их всех. Стану местной достопримечательностью, значит, стану. Меня больше нервировали автомобилисты и их сигналы, когда я мешал их проезду.
— Вали на хрен в свою деревню, старый пердун! Тут тебе город, а не поле, мать твою! — выкрикнул мне один из них на чёрной праворукой «тойота харриер». Кстати, весьма старой, что контрастировало с повышенной злостью и понтами её водителя. Я своим идеальным зрением отлично видел микроскопические следы ржавых жучков, готовых вскоре вспучить краску некрасивыми волдырями. Да и прочих мелких царапин и потёртостей хватало.
В ответ я показал ему средний палец. От моего ответа крепкий молодчик побагровел, рванул вперёд, обгоняя меня, и затем резко остановился, отчего следовавший за ним водитель на «хонде» надавил на сигнал, показывая своё отношение к таким автомобилистам. Вот только крепыша это ничуть не тронуло. Он распахнул дверь и чуть ли не выпрыгнул на дорогу. В левой руке он держал алюминиевую биту. Вне автомобиля он выглядел ещё больше. Под два метра ростом, с широченными плечами и огромными бицепсами, которые едва не раздирали короткие рукава чёрной футболки, на которой белела надпись «никому не должен, мне на всех по###й».
Я широко ему улыбнулся и активировал Стек в левой руке. Стоило дуралею осознать, что ему не повезло столкнуться с одарённым, как он рванул внутрь своей машины даже быстрее, чем из неё вылез. Да так, что зацепился битой и вынужден был её бросить, чтобы не терять времени. Чтобы дураку наша встреча стала уроком, и он в следующий раз не набросился на какого-нибудь пенсионера из-за лишней силушки и наглости, я кинул в его машину Проклятие металла. В течение пары недель «тойота» сгниёт буквально на глазах.
Больше проблем на моём пути не случилось, и уже скоро я встретился со своими компаньонами.
— Слушай, да я душу демону какому-нибудь готов заложить за информацию, где ты берёшь такой мех, — вдруг заявил молодой скупщик, когда я с ними встретился.
— Цыц, малахольный, — его отец ударил сына по плечу ладонью. — Совсем сдурел такое лихо призывать?
— Это точно, — согласился я с ним. — Услышит какой-нибудь мелкий дух эти слова и привяжется. Контракт с таким не заключить, но нервы он попортит так, что и в петлю полезть можно.
Старший партнёр вновь стал подбивать меня на продажу тигровых шкур. Скорее всего, он сообразил, что мне не составит большого труда найти и их. Решил, наверное, что набиваю себе цену.
— Я подумаю, — дал я ему ответ.
Получив деньги и скинув с лошади внушительный груз, я попрощался с мужчинами и отправился назад. Недалеко от рынка, который работал до четырёх дня, я привязал мимика в глухом сквере за какими-то не то сараями, не то редко посещаемыми гаражами. Оставил там же собак и отправился за покупками. Вернулся спустя полтора часа и ещё полчаса укладывал свои покупки по седельным вьюкам и цеплял их к своей ездовой одержимой скотинке.