– Вы, хонки, со своим кораблем начали совмещение! – Громко и обвиняюще вымолвила Берта. – И я знаю, что вы хотите сделать, когда совмещение будет остановлено. Вы вновь попытаетесь восстановить свой корабль.
– Да. – Согласился Дэр, балансируя на яблоневой ветви. – Ты видишь нас насквозь ведьма. И так много знаешь! Но! Ты недооцениваешь хонков. Мы учитываем прошлые ошибки, и катастрофы больше не повторится.
– Да. Я вижу вас насквозь. Вы так жаждете знаний лишь для одного. Вы хотите властвовать над этим миром.
– Но ведь мы лучше! – Совершенно искрение воскликнул Дэр. – Мы куда лучше вас! И мы намерены извлечь все знания мыслимые и немыслимые из всех промежутков. Клан Хонгорай возвысится и среди хонков и среди людей!
– Да вы почти угробили этот мир! – Закричала Берта, и вместе с ее криком на яблоневый сад обрушился ветер. – Вы хоть понимаете, что вы сделали?! Понимаете, что начали? Чертовы идиоты. Брат и сестра… Вы оба идиоты! И вы даже не достойны исправлять ситуацию, это сделаем мы – люди. После чего камни Асху будут либо спрятаны, либо уничтожены.
Лицо Дэра исказилось судорогой ярости. Казалось, что еще немного и краснота потечет из его глаза, словно лава. Так оно и случилось, краснота начала вытекать, шипя и прожигая серую кожу… Ветвь, на которой умещалось тело хонка-демона, отчаянно раскачивалась, но Дэр все же каким-то невероятным образом удерживался над ней. Темные волосы его развевались по ветру. Точно также развевались волосы всех троих ведьм, но совсем не в такт ветру…
– Вам конец. – Голос Дэра прорывался сквозь ветер. – Вы станете мертвецами, так же, как и этот поганый щенок с моим Асху…
Синие пульсирующие пузыри образовались вокруг трех ведьм.
“Это конец!” тут же подумал Призрак, вспоминая Ко-ка-рву. Даже демон значительно пострадал от этой магии. А теперь, когда Дэр и сам стал демоном, его магия наверняка значительно усилилась.
По поверхности пузырей поползли красные полосы, кривясь и сплетаясь, будто вены. Но ведьмы стояли внутри пузырей спокойно, с соединенными будто в молитве ладонями и закрыв глаза. Меньше, чем через секунду пузыри лопнули и Дэр яростно взревел.
– Мы истинные ведьмы! – Крикнула Беатрис, пытаясь перекричать ветер. – Магия – это наша жизнь. Магия – это и есть мы! Такими примитивными техниками нас не возьмёшь.
В этот момент Изольда направила обе руки в сторону сада, и все тени под яблочными деревьями ожили, собрались в одну громадную тень, откатились к границе сада, после чего теневая волна, разросшись еще более, накатила на сад, поглотив и деревья и Дэра, и широкую каменную площадку…Теневое море едва дошло до дома, прибой забился о ступеньки крыльца, и тогда Изольда, опустившись на одно колено, прижала обе ладони к поверхности крыльца… Она произнесла несколько непонятных слов, после чего принялась шептать:
– Через камень, к земле… Тени прижмут его к земле. Земля схватит и поглотит его, задушит. Задушит, задушит, задушит… Задушит!!!
Последнее слово она буквально прокричала, и Призрак увидел, как земля под тенями заходила ходуном. Ведьмовской дом затрясся…
– Аккуратнее, Изольда. – Произнесла Берта. – Не разрушь мой дом. Я столько энергии потратила на него, здесь, в своем личном промежутке.
– Все будет, хорошо, Берта. – Сквозь зубы вымолвила Изольда, потом повторила: – Все будет хорошо.
Произнеся это, она встала, смотря на волнующее теневое море.
– Странно. – Ее голос был полон изумления. – Он внезапно исчез из пределов моего чувствования.
Шестеренка взлетела из теневого моря, и метнулась в сторону Изольды. Скорость шестеренки была настолько велика, что никто из ведьм не успел среагировать. Все произошло в долю секунды, в короткое мгновение…
Шестеренка, бешено вращаясь, врезалась в грудь Изольды. Кровь брызнула на белое одеяние Берты. Крови было невероятно много, она разлетелась во все стороны, забрызгав Беатрис, Призрака и большую часть крыльца…
– Изольда! – В ужасе закричала Берта.
Но Изольда уже падала вперед, сваливаясь со ступенек, дабы погрузиться в созданное ей же теневое море. Она повалилась в это море, и исчезла в нем….
Призрак почувствовал, как Моджо у него за пазухой забился, будто раненная птица…
Берта хлопнула в ладоши, и что-то шепнула себе под нос. Тени рассеялись и буйство почвы прекратилось. Изольда, содрогаясь всем телом и хрипя, лежала на земле в огромной кровавой луже.