Он посмотрел на нее, и, как всегда, восхитился ее волосами. Они были удивительными! Они отливали розовым и золотым и напоминали морской рассвет. И из этих волос поднимались рога, прямые, устремленные к солнцу, также золотистые…
И как тут не восхититься? И как не влюбиться в это сияние?
– Я думал о том, чем буду заниматься, когда вырасту. – Ответил своей сестре Дэр.
Море ласкало берег.
– Опять мечтаешь. – Мэй скептически улыбнулась.
– У меня будет свой корабль, Мэй. – Он посмотрел на нее с любовью и одновременно серьезно. – У нас будет корабль. И мы будем путешествовать. Как отец.
– Но зачем нам путешествовать? – Мэй искренне удивилась. – Мы ведь уже нашли свой новый дом.
Дэр покачал головой и перевел взгляд обратно на море.
– Мы станем величайшими путешественниками. – Начал говорить он. – Самыми великими. Мы будем исследователями! Мы… Мы увидим тысячи морей.
– В мире нет тысячи морей. – Мэй рассмеялась.
– В этом нет. Но ты ведь знаешь, что этот мир не один. Кроме четырех основных промежутков есть еще великое множество. И… У меня зародилась безумная мечта – построить однажды такой корабль, который мог бы путешествовать по промежуткам, пересекать грань между мирами.
Синие глаза Мэй округлились. Почти у всех хонков они были синими и светящимися, как фосфоресцирующее море. Но в глазах Мэй все же присутствовало нечто особенное. Иногда появлялось в них что-то совсем не хонковское, какой-то непонятный, едва уловимый оттенок, словно она была наполовину не хонком, но еще кем-то…
– Это так... чудно! – Дэр любил Мэй, но совсем не ожидал от нее такого восклицания. И этим внезапным восклицанием она покорила его еще больше… – Это удивительно, Дэр! Но как нам это осуществить?
Дэр впился пальцами ног в теплый песок. Далеко на юге, в небольшой бухте, возле обширного хонковского селения застыл памятником былой славы клана Хонгорай отцовский корабль. Отправится ли этот корабль еще когда-нибудь в великое путешествие? Скорее всего нет. Клан Хонгорай отыскал все, в чем так нуждался. Но не Дэр. Молодой хонк Дэр из клана Хонгорай чувствовал, что его жажда странствий и исследований не утолится никогда, что она лишь нарастает с каждым днем. И теперь он ясно видел, что в его сестре есть та же жажда, но пока скрытая, и жажду эту нужно лишь пробудить. Ему нужно лишь пробудить эту жажду в ней, и тогда в будущем они вместе совершат великое путешествие сквозь все промежутки…
– Я не знаю, Мэй. Пока что, я не знаю. Но… я обязательно узнаю. Мы вместе узнаем. Мы все сделаем вместе! Я… я люблю тебя, Мэй. – Он прижался своим лбом к ее лбу, и положил ладонь на ее прекрасные волосы. – Мои мечты, мои убеждения, я знаю, что ты поймешь все это, разделишь, и со временем захочешь даже больше меня. Но я люблю тебя не только за это. Я люблю тебя еще и потому, что не видел хонка прекраснее, чем ты… Ты удивительна! Ты всегда была удивительной! Ты – чудо…
“И только благодаря ей тьма рассеялась…”
Какая тьма? Тьма неудач… Тьма отверженности и злобы, черной и яростной, как ночное штормовое море. Но он прошел через все это, через страшные темные годы, и заразил весь клан своей прекрасной идеей. Он зажег в их душах огонь, который давным-давно погас, и даже его престарелый отец поверил в это. “Да Дэр…” – говорил он – “Мы можем добыть знания, что никогда и не снились ни хонкам, ни людям. Я верю, что у вас с Мэй это получится, Дэр! Я верю в вас… Посмотри на свою сестру! Она прекрасна, и дух ее пылает!”
И это было правдой. По прошествии десяти лет с того разговора на морском берегу, Мэй выросла, и ее красота выросла вместе с ней, став еще более ослепительной. Красота тела, и красота духа… Теперь она была готова сражаться и достигать их общей мечты. А еще она была удивительно умной, достаточно умной, чтобы внести неоценимый вклад в создание того самого корабля. Достаточно умной и достаточной храброй, чтобы добыть все Асху… Они сделали это вместе, и это было одним из лучших приключений в жизни!
И вот все Асху добыты! Дэр стоит у руля, а сестра по правую руку от него. Они готовы отправиться в свое великое путешествие, вместе, как и мечтали с самого детства…
– У нас действительно получилось, Дэр! – Восклицает она. – Все испытания прошли успешно. Мы можем исследовать все промежутки!
О, как сладки эти слова!
Мэй белоснежными зубами откусывает кусок от крупного красного яблока. А потом обнимает Дэра со спины, и Дэр ощущает трепетание во всем теле от этих объятий. Она ведь никогда раньше его так не обнимала. Это объятие словно напутствие, словно подарок, словно самое теплое обещание.