Чуть позже, покидая парящий дом, и устремляясь к своей сестре, Призрак задумался об одной очень любопытной вещи. Хонк умер, но где же его дух, который должен был вырваться из переставшего функционировать тела? О теле хонка позаботились куклы в противогазах, они совместными усилиями подняли торс, отрубленные ноги и руки, и утащили их куда-то на нижний этаж парящего дома…
И все же… Где его дух? Эта загадка так и осталась для Призрака неразрешенной. Но вскоре он совсем позабыл о ней, всеми своими мыслями предавшись поискам сестры, в призрачной изнанке, в туманном мире мертвых, где городок Рэгдолл жил совершенно иной жизнью, очень непохожей на ту, которой жил в реальности…
Глава 6
Настоящее (Рэгдолл, 2004 год)
Марк. 2
Во рту было горько и сухо. Пальцы дрожали, взор приклеился к бумажке, зажатой меж них… Буквы, неровные и крупные, складывались в слова звучавшие в голове зловещим шепотом:
НЕ СМОТРИ
Внутренности пронзало холодом. Мысли сделались быстрыми, пугливыми, и за ними было не уследить…
НЕ СМОТРИ…
Горло мое вдруг само по себе совершило глотательное движение… Кто мог написать это? Тетя? Нет. Она не стала бы так шутить. И все же, больше всего это походило именно на неудачную шутку… Я перевернул бумажку, и на обратной стороне увидел еще три слова, написанных точно также, крупно и неаккуратно:
ИМ В ГЛАЗА
Получается: не смотри им в глаза. Но кому это – им? В сознании на мгновение всплыли головы родителей, и тут же исчезли. Я подумал немного, скомкал бумажку, и сунул ее себе в карман, после чего подошел к столу, где на клетчатой скатерти темнела большая кофейная лужа.
Находясь у себя в комнате, на втором этаже, я слышал, как тетя кричала. Но сейчас, в кухне, меня окружала лишь тишина. Тишина, что страшнее и красноречивее любых криков… Стремясь разорвать эту тишину, я громко позвал тетю, и не дождавшись ответа позвал еще раз, но все было безрезультатно.
Я смотрел на опрокинутую чашку, пытаясь понять, что же могло произойти. На улицу, во Время Тумана тетя не вышла бы никогда, но в таком случае, почему же она не отзывается?
Часы на стене мерно тикали. Я мельком взглянул на них. И меня вновь пробрало холодом. Уже десять утра, но туман уйдет на запад лишь к полудню, и только тогда включат электричество. Сейчас же, без электричества, мне никак не разогнать сумрак, скопившийся в углах…
Из гостиной послышался женский смех, высокий и истеричный, очень быстро перешедший в кашель. Кашель, в свою очередь сменился неприятными звуками, будто кого-то рвало… Это наверняка тетя! Но… Кажется, ей нехорошо…
Когда звуки рвоты прекратились, до меня снова донесся смех. На ослабевших ногах я направился в гостиную, по дороге вновь окликая тетю, но, как и прежде, ответа не дождался.
В гостиной меня встретила вонь, от которой завтрак мой тут же запросился наружу. Тети здесь не было, но подойдя к дивану я обнаружил на ковре внушительную лужу густой бордовой массы. Господи боже… Ее рвало кровью…
Я отступил от лужи на шаг, потом повернул голову направо и увидел кота сидящего на спинке дивана. Тот внимательно смотрел на меня, водя хвостом из стороны в сторону.
– И чего ты смотришь? – Поинтересовался я у него. – Где же твоя хозяйка? А?
Кот продолжал смотреть, пожалуй, даже слишком внимательно…
Над головой моей внезапно послышался топот. Я нервно посмотрел вверх… На втором этаже, в комнате над гостиной, словно бы некто обезумевший скакал из угла в угол, носился, топоча как дикое животное или… плясал. Вдруг последовал звук особенно громкий, будто что-то тяжелое бухнулось на пол со всей силы… По расположению звука я догадался, что это упал шкаф.
Сумасшедшая пляска продолжалась… Кот, между тем, соскочил с дивана, и, мурлыча, принялся поедать кровавую рвоту. Это было уже слишком, желудок мой подкатился к горлу, и меня самого вырвало наполовину переваренным завтраком… Кот, не обращая на это совершенно никакого внимания, невозмутимо продолжал свою жуткую трапезу. Он даже мурлыкать не прекратил…
Выплевывая остатки мерзости изо рта, я попятился назад. Топот переместился на лестницу и дальше, вниз… Я обернулся и увидел тетю… Она стояла на последней ступеньке, облокотившись о стену плечом, и смотрела на меня, широко улыбаясь.
– Ты звал меня, Марк? – Поинтересовалась она.
– Да… Я слышал крик…И… Тебя рвало кровью… Ты… Тебе плохо?
Тетина зеленая кофта была вся в крови и блевотине. Также, кровь размазалась по ее губам, и стекала двумя тонкими струйками из обеих уголков улыбающегося рта…