Ворота были распахнуты настежь — похоже, орденцы прекрасно знали всех своих оброчников, никого лишнего во дворе замка и не шлялось. Исключая разве что вот — Мишу с Олексой. На этих двоих — да, косились. Потому Ратников сразу же подошел к первому попавшемуся на глаза кнехту и справился, где найти герра Якоба.
— Мы, видишь ли, ограбленные злыми душегубами-разбойниками торопецкие торговые гости…
— Герра Якоба? — кнехт с подозрением посмотрел на более чем скромное платье «торговых гостей». — Ограбленные?
По-русски воин говорил плохо, но вполне понятно.
— А зачем вам герр Якоб?
— Ну… может, поможет в чем?
Кнехт зевнул:
— Тогда ждите. Вон, у сарая.
Михаил и Олекса дисциплинированно подчинились, уселись, осматриваясь…
Юноша вдруг толкнул Ратникова локтем и шепнул:
— Вон, досочки…
— Ну, досочки… и что?
— Из крепкой сосны тесаны… длинные… Ежели б такую в невидном месте к стене прислонить…
— Молодец, Лекса! Давай, прислоним…
— Что, прямо так вот возьмем и прислоним? — юноша удивленно хлопнул ресницами.
Ратников хохотнул:
— Ну да — прямо так! Смотри, эвон какая сутолока! Видишь, там корзины да горшки в амбар носят? Пошли-ка поможем.
Пристроившись к крестьянам и служкам, хитроумные приятели принялись деятельно таскать оброк, стараясь обратить на себя внимание кнехтов — не того, который их расспрашивал, тот все стоял у ворот.
Потаскали корзины, горшки, посидели на скошенной травке, у амбара, рядом с кнехтом, потом еще что-то принесли, а уж опосля — переглянувшись — за доски! Словно ни в чем не бывало пронесли мимо меланхолично жующего пирог одну доску, вторую… пятую… все прислоняли к дальней башне — доля ремонта якобы или черт там знает, для чего. А досочку самую длинную, крепкую, из сосны тесанную — к стеночке прислонили. Так что, ежели что — оп — и нету!
— Обратно прыгать, как бы ноги не поломать, — снова усевшись на траву, озабоченно промолвил Олекса. — Там ведь ров, а водица-то еще не напущена. Еще с озера-то канавицу не прорыли.
Ратников улыбнулся — в который раз уже: вот уж с напарником ему действительно повезло:
— И что ты предлагаешь?
— Веревка нужна, тут и предлагать нечего. Хоть бы и не длинная, так… чуть спуститься только. На пояс себе привяжем — добро!
Миша быстро обозрел двор:
— Ну, веревку, я полагаю, мы тут найдем. Вон, хоть у того мужика. Видишь, тот, что у воза.
— Ага, вижу, да, — понимающе кивнул Олекса. — Сделаем! Вот посейчас и сладим.
Как этот ушлый парень умыкнул веревку, Миша не видел — как раз разговаривал с вернувшимся кнехтом — тем самым, что спрашивал.
— Герр Якоб примет вас в келье. Я провожу. Надеюсь, оружия при вас нет?
— О нет, нет!
— Развяжи-ка мешок… Хм… пироги… фляжка…
— Угощайся, воин!
— Данке… А это что еще? — кнехт удивленно вытащил за ствол парабеллум.
— А это — мешалка, — лениво пояснил Михаил. — Тесто месить.
— Странная какая…
— Жена заказала, купил! Воры на нее не польстились… Хоть что-то домой привезу.
— Да уж, — хохотнул кнехт. — Хоть что-то!
Ратников все таскал пистолет с собой, этакую ненужную обузу, рука вот никак не поднималась выкинуть, все ж таки — оружие, да еще какое! Понимал, конечно, Миша, что патронов к нему сейчас нет и не будет, но… Но все же таилась в мозгу мыслишка — а вдруг? Вдруг? Вот и не выбрасывал.
Повернувшись, кнехт махнул рукой:
— Иди уже!
Как раз подбежал Олекса.
— Э, нет! — насторожился стражник. — Без слуг, один ты, торговец!
— Ты туесок-то оставь, уважаемый… Вижу — бражица-то понравилась — так и на здоровьице!
— Данке.
— А это не слуга, это приказчик мой, самый верный помощник. Возьму и его, а? Ты на молодость-то не смотри, это человек бывалый.
— Гут, — сунув за пазуху флягу, кнехт согласно махнул рукой. — Идите оба за мной, да поспешайте.