Михаил на ходу улыбнулся, вспомнив, что даже Рай и Ад в здешней эпохе — понятия географические.
Выйдя на полянку у дуба, молодой человек взглянул на луну, вытащил из котомки браслет — коричневато-желтый, — задумался. Там ведь вполне могли ждать! Те, кто поджег флигель. А куда Миша вернется, в какой именно момент времени — один Бог знает. Может — прямо в полымя! Хорошо бы чуть отойти… вот, за дуб хотя бы… Недалеко, иначе можно и не уйти. Так… Вот здесь хорошо будет.
Ну, прощай, друг Олекса, прощайте, разбойнички, прощай, незадачливый людокрад Кнут! Улыбнувшись, Ратников сжал в ладони браслет. Хрупкое стекло треснуло…
Глава 10
Лето. Чудское озеро
МАША
В какую бы эпоху мы не заглянули, люди, как первобытные, так и цивилизованные, всегда знали, что их судьба будет отчасти такой, какой ее сделает их деятельность.
Первое, что услыхал Михаил в ту же секунду — был треск падающих балок! Объятые пламенем, они свалились вниз, погребя под собой все основание флигеля, которого уже и не было, собственно — один лишь огненный, рвущийся к небу факел с черным хвостом дыма.
Чуть в стороне от пожарища стояло двое парней. Довольно молодые, лет по двадцати пяти, в старых засаленных пиджачках, как у дачников-пенсионеров, в кепочках, в каких-то непонятных, похожих на галифе, штанах, заправленных в яловые сапоги. Обычно так одеваются рыбаки-сельчане. Лица у обоих неприметные и чем-то похожие: одинаково круглые, с резкими веснушками. Белесые, коротко подстриженные волосы, чуть оттопыренные уши. Братья, что ли?
И у каждого в руке — револьвер! Именно револьвер, наган, что ли, из-за дальности было не очень-то хорошо видно. Парни внимательно посматривали на пожарище, многозначительно покачивая стволами. Впрочем, там уже нечего было и смотреть-то — все рухнуло, догорало. Наверное — и останки Миши с Олексой — именно так и должны были полагать эти двое.
Вот один оглянулся — Ратников поспешно юркнул в росшие возле дуба кусты, затаился… осторожненько выглянул. Второй братец — или просто похожий — засучив рукав пиджачка, взглянул на часы. Что-то сказал, кивая на догорающий флигель. Его напарник негромко засмеялся и произнес какую-то длинную фразу на непонятном языке. Это был точно не английский, и не немецкий, не французский, а… эстонский, что ли? Да, скорее всего так… Михаил зябко передернул плечом: интересно, с чего бы это решились пойти на двойное убийство эти горячие эстонские парни? Два трупешника… И что дальше? Ну, во-первых, трупешники обгорелые, никто и заморачиваться особо не будет — сами перепились да сгорели, что не так уж и редко бывает. Это — во-первых, ну а во-вторых… не собираются ли эти ребятки свалить к себе в Эстонию? Тарту — Дерпт — рядом. Старинный университетский центр, милый, красивый и уютный город — Миша как-то бывал там, приходилось. Свалить… А пограничники? Угу, угу… тот толстый взяточник капитан… Запросто свалят! Но зачем убийство? Какой в этом вообще смысл? Чем Миша с Олексой могли помешать хоть кому-то? Или… просто своим появлением здесь? Ох, нечистое дело!
Угли догорали, и дым уже стал меньше, стелясь по траве сиреневой дымкой. Парни переглянулись, перекинулись парой фраз и, сунув револьверы за пояса, быстро зашагали прочь, к берегу Ратников — само собою — следом. Пробирался осторожненько — как-никак, имелся кое-какой опыт. Это средневековые рыбачки-охотнички-крестьяне его бы враз просекли, но эти… Шли себе, ничем особо не заморачиваясь, словно с прогулки вернулись. Убийцы, мать их… И кто ж это такие? Зачем все? А может, их кто-то послал? Опять же — зачем? Зачем поджигать флигель с людьми? Странно. Более чем странно.
У причала парней ждала лодка, без мотора, с веслами. Поспешно докурив, оба выбросили сигареты в воду, уселись, погребли… Куда ж так быстро-то? Аккуратно раздвинув ветви, Ратников всмотрелся в бирюзовую озерную гладь…
Ну конечно! Кораблик. Выкрашенная шаровой краской самоходная баржа с гордым именем «Гермес». Именно это суденышко и появилось из-за мыса, замедлило ход… Именно к нему и погребли парни… Ясно! Сейчас рванут в Эстонию… Ну Узбек! Ну Коля… Ну набрал себе уголовников… впрочем, и сам — такой же. Ох, не зря Узбеков в поселке не любили. Не только потому, что пришлые.
Миша поискал свою лодочку — ту самую горелухинскую моторку, на которой сюда и приплыли с Олексой… нашел, вот она, стоит, как и была, с той стороны причала, покачивается на привязи.
Быстро прыгнув в лодку, Ратников заглянул в бензобак и приготовился уже завести двигатель… Подумав, привстал — посмотреть на баржу. «Гермес» уже удалялся… А те двое, в лодке, гребли к берегу! К этому берегу, к острову! Интересные дела… что же, их не взяли с собой? Зачем тогда плавали? Доложить? Странно…