Карга, довольная собой, расхохоталась и взмахнула рукой. Ледоставень растворился, и Нада, шлепнувшись от неожиданности на… что надо, заскользила по ледяной дорожке. Экран с Дагом полетел за ней.
Через некоторое время девушка ухитрилась-таки встать и, недовольно морщась, заторопилась дальше. Узкая ледяная тропка проходила среди кустов, увешанных заиндевелыми ягодами.
— Это морошка, что ли? — спросил юноша.
— Морожка! — поправила его принцесса. — Как съешь, мигом насквозь проморозишься.
— Все бы хорошо в вашем Ксанфе, — хмыкнул Даг. — Если бы не эти дурацкие каламбуры. Зачем их столько?
— Это для Кри-тиков, — пояснила Нада. — Кри-тик зверь хищный, но глупый: увидит каламбур, вцепится и ну трепать… До всего остального у него уже зубы не доходят. А у вас как, Кри-тики зубастые?
— Самому-то мне с ними сталкиваться не приходилось, — признался Даг. — Но слышал, что на зуб им лучше не попадаться. Можно нервный тик нажить.
— Видать, Кри-тик, он и в Обыкновении Кри-тик, — вздохнула Нада. — Однако я уже совсем продрогла.
К счастью, шедшая сквозь ягодные кусты ледяная дорожка наконец кончилась, выведя спутников к широкому лугу, поросшему — о счастье! — нормальной, теплой травой.
— Наконец-то! — обрадовалась девушка. — Похоже, мы попали куда надо.
По лугу были расставлены киоски и будки, причем из самой большой выглядывала такая угрюмая физиономия, что стало ясно: здесь шуток не шутят. Нада сразу догадалась, чья это мордашка. А для недогадливых над будкой красовалась табличка с надписью: «Ведьма К».
Однако приблизившись, девушка была немало удивлена, обнаружив, что пресловутая ведьма со странно коротким имечком является мужчиной, причем широкоплечим, мускулистым и даже усатым. А вот обряжен этот здоровяк в голубое женское платье. На голове его пристроилась голубая дамская шляпка, брови были подведены, губы и ресницы накрашены.
— Ты будешь Ведьма К? — робко спросила Нада.
— Читать не умеешь, змеиный хвост, — послышался не слишком любезный ответ. — Написано ведь, кто я есть.
— Эй ты, гомик несчастный! — как всегда встрял Даг. — Не смей ее обзывать. Говори с ней повежливее!
— С чего бы это?
— Да с того, трансвестит придурочный, что она отличная девчонка, и красивая, и сообразительная. И нечего к ней цепляться!
Нада промолчала. Оказывается, этот Даг в некоторых отношениях славный парнишка.
— Ладно, может, она и отличная девчонка, — не стал спорить тип в голубом, — но уж ты-то всего-навсего обыкновенский недоумок. Зачем ты вообще сюда приперся? Уматывай в свою зачуханную Обыкновению.
— Да я куда хочешь умотаю, лишь бы твоей рожи не видеть. А явились мы за перекисью. Налей ведерко и избавишься от нашего присутствия.
— Ага, так вот возьми и налей. А что мне за это будет?
— Если ты намекаешь на какие-то шашни…
— Больно надо. Шашни по их части, — отмахнулся голубой, указывая на соседнюю будку. Оттуда выглядывали две обнаженные полногрудые нимфы.
Даг разинул рот — похоже, это зрелище привело его в полный восторг. Казалось, что он вот-вот вывалится из экрана.
— Эй, не забывай, зачем мы сюда пришли! — буркнула Нада.
— Да-да, конечно… А кто эти девицы?
— Нимфы, кто же еще. Безмозглые пустышки, в головенках у них одни забавы.
— А какого рода забавы?
Нада покраснела. Даг понимающе хмыкнул.
— Так чего ты хочешь, голубок? — обратился он к хозяину будки. — Или тебя лучше голубцом назвать?
— Я хочу, чтобы меня называли как положено! — взъярился усач в шляпке, — хочу носить нормальную одежду и быть нормальным мужиком, а не уродом в платьице. Если хочешь знать, меня от этого голубого цвета мутит!
— Так какого же черта ты так вырядился?
— Магия, пропади она пропадом. Кто-то навел на меня порчу. И не хочу, а ничего кроме женского платья напялить на себя не могу. Губы вон сами собой красятся, глаза… Тьфу!
Нада почувствовала, что они попали в затруднительное положение. Снять порчу ничего не смыслящий в магии Даг, конечно, не сможет — такое и ей не под силу. А без этого им от этой… или этого типа никакой перекиси не получить. Кисло!
— Порча, говоришь, — почесал в затылке Даг. — Хочешь, значит, чтоб тебя называли как положено… Постой, тут написано: «Ведьма К». Это разве не ты?
— Конечно, я. Самый настоящий ведьмак. Но кто-то ведь меня приголубил.
— Похоже, я въехал! — неожиданно для Нады уверенно заявил юноша. — Все дело в этой идиотской табличке. Она ведь, как все тут у вас, волшебная?
— А то нет? Я тебе не обыкновен какой-нибудь, чтобы обычные таблички к будке цеплять.
— То-то и оно! Обыкновены в твоем возрасте, по большей части, грамотные. А ты читать умеешь?
— Магией обхожусь.
— Хреново обходишься. Вот и табличку твою такой же маг-грамотей состряпал. Тут написано: «Ведьма К» — «ведьма» отдельно, а «К» отдельно. Получается, будто ты ведьма, а зовут тебя К. Дошло?
До ведьмака дошло. Он побагровел от злости, и тому, кто писал табличку, это не сулило ничего хорошего.
— Так что же делать? — спросил он наконец.
— Снять штаны и бегать, — фыркнул Даг, но посмотрев на Наду опустил глаза. — Это шутка такая… обыкновенская, — пояснил он. — А что делать… Взять, да написать табличку как следует. Краски-кисточки у тебя найдутся?
— И кисточка есть, и краски любые… кроме голубой, — отозвался ведьмак.
— Тогда все проще простого. Надо…
Но Нада уже сообразила, что к чему. Взяв кисточку, она закрасила надпись на табличке черным, и на этом фоне красными буквами вывела: «Ведьмак».
В то же мгновение голубое платье, шляпка и макияж исчезли без следа. Примерно с секунду ведьмак оставался голым, а потом на нем появились черный кафтан, черные брюки и красные сапоги. На плечи сам собой накинулся красный плащ, и даже усы встали торчком.