Они шли в лечебницу, где, хорошо бы, кроме молитв, окропления святой водой и прочих танцев с бубном имелись бы зачатки настоящей медицины.
Зверолюду пришлось закрыть нос от резкого запаха крови. И его новой подруге тоже: у орков нюх тоже не сильно хуже.
Алессия тоже видела в этом только раздражающую рутину. А в ответ на немой вопрос Котика сказала:
— Там добывают слюду. Поскольку взрослые в узких лазах не помещаются, это делают дети. Да и довольно простая это работа. Должны же они пользу приносить? Только вот всё время порезы от острых сколов. Я тоже частенько так подрабатывала, когда была младше.
Только сейчас хвостатый друг обратил внимание на то, что всё её тело испещрено шрамами, еле-еле заметными и крупными, больше всего на руках и ногах, но и на лице тоже: заметный шрам был на щеке. Впрочем, они могли быть получены и при кокой-то другой деятельности: те же схватки со зверьми, лиходеями или ещё кем, да и вообще опасностей вокруг хватает.
Королевой бала зелёной подруге уже не быть. Даже если на балу будут только орки.
Алессия добавила:
— Помню, руки часто были липкие от крови, и всё бывало в ней заляпано, но я продолжала работать — звучало это с явной гордостью.
— А зачем нужна эта самая слюда? — задумчиво спросил зверолюд.
— Чтобы продать — недоумённо ответила зелёная подруга.
— Да, но зачем она нужна вообще? — переспросил Котик, — Как её используют?
— Откуда мне знать? Главное платят. Видимо, нужна для чего-то важного. Можно было бы и больше платить, конечно… Ну да ладно, покупателям виднее.
— Нет — протестовал зверолюд, — Это добытчикам виднее.
Девушка крепко задумалась, затем ответила:
— В конечном счёте только потребитель знает, насколько ему будет полезен товар, и именно это определяет цену.
Котик не знал, чем на это возразить, но явно был категорически не согласен. В конце концов заключил:
— Что-то здесь не так…
Алессия, подумав, добавила:
— Это жестоко, но справедливо. Такова жизнь. По-другому никак.
— Пахнет… Надувательством — только и смог возразить зверолюд.
К ним подбежал мальчишка-орк и крикнул Котику:
— Эй, ты куда запропастился? Тебя вождь ждёт!
Тот уже и забыл про какого-то там вождя. Он встал и неспешно пошёл в сторону крепости, уплетая фрукт.
Возле неё расположилась тренировочная площадка, на которой в данный момент тренировались атлетически слаженные мужчины и лишь немного менее сильные женщины. Одни боролись на плацу, иные размахивали палками, увесистыми дубинами или боевым оружием: булавами, молотами, секирами или копьями; иные же постреливали в мишень из луков или арбалетов, или же метали дротики.
Возле входа в деревянную крепость с одной стороны на столбе красовалась деревянная табличка под навесом с вырезанными узорчатым шрифтом письменами. Над ними изображены три герба: самый большой, по середине – дракон, расправивший крылья; справа – благородный олень, вставший на дыбы; слева – морда варга. Текст гласил:
Место Рокстэд, принадлежащее орочьему племени «Несгибаемые», провинции Стинарн Республики Хунгарн
Действуют законы Республики Хунгарн, главный и основной — принцип ненасилия, что означает: все отношения между людьми должны быть добровольными; единственные действия, которые запрещены законом — это применение насилия против тех, кто сам не применял насилие; только вы можете решать, как вам распоряжаться собой и своей собственностью; другие люди не имеют права использовать вашу собственность без вашего дозволения либо принуждать вас делать с ней то, чего вы не хотите (в случае этих нарушений допускается силовые оборонительные действия самостоятельно либо с помощью других лиц, организаций и/или государства); роль государства — защита собственности, мира, естественных прав и свобод людей.
Если селяне и умеют читать, то, должно быть, столь заумный текст их впечатляет.
С другой стороны входа небольшая открытая каменная постройка с искусными узорами. Внутри была плита с барельефом и рунами, перед ней горящие свечи с благоухающими цветами и травами.
Ещё там, на каменном полу, на коленях стояла женщина в длинном одеянии с капюшоном и, сложа руки пред собой, тихонько что-то шептала.
Котик собрался уже пойти дальше, как раздался голос:
— Путник, поклонись и восславь Бога, ибо всё приходящее, жизнь скоротечна, и не знаешь, встретишь ли следующий рассвет…
Обращались явно к зверолюду, несмотря на то что женщина в капюшоне даже не повернулась, так что он поинтересовался:
— Это угроза?
Та от такого неожиданного ответа чуть не упала, возмутившись: