— Слыхал я краем уха…
Но окружающим всё равно было начхать, всё внимание захватил гость.
— Думаю, это просто замануха — продолжил Дубнук, — Дурят шибко богатых господ, которых уже ничто не радует…
— Однако же, я бы на неё глянул… — заметил вождь.
— А я бы и не только лишь глянул… — признал товарищ.
Выслушав дальнейший рассказ гостя и сложив дважды два, зелёные друзья предположили, что с высокой долей вероятности сея прекрасная леди находится в замке, мимо коего проходил гость, и откуда грозно взирал тёмный эльф.
— Это наш шанс! — воскликнула Хатяк, — Её уже во всю ищут! А мы, возможно, мы пока единственные, кто знает, где она!
— Вперёд, спасём её, пока нас кто-нибудь не опередил! — воскликнул вождь, неожиданно бодро вскакивая.
— Что, прям сейчас?! — удивился Котик, при этом крайне забавно округлив глаза, разинув пасть и оттопырив уши.
— Ахах! — едва не покатился со смеху Дубнук, — Боже, какой смешной…
Благородство и честь
Орки спешно и с воодушевлением брали своё боевое снаряжение, снимая и складируя повседневное. И жена вождя тоже.
— Даже не думай! — попытался возразить Бругхлак, на что та ответила:
— Ты не можешь мне запретить. И вообще, про равноправие слыхал?!
— Да, да… — признал вождь, затем тихо пробормотал:
— Чёрт бы его побрал…
Котику Дубнук выдал лёгкий сыромятый доспех и простенький лук со стрелами. Доспех гость с удовольствием надел, избавившись от надоевших грязных лохмотьев. Они были открытые, большая часть тела была голой. Размер регулировался с помощью застёжек ремней, из-за чего подходил почти кому угодно. Лук длинный, из цельного куска дерева, такой простецкий, что проще некуда. И стрелы дешёвые, некоторые даже без оперения и наконечников, просто заточены и обожжены. Захватил ещё с собой всё тот же трофейный клинок и щит.
Вышли на улицу. Вождь скомандовал орку, стоящему на смотровой вышке, трубить в рог. Тот взял висящий на поясе рог и что есть мочи в него дунул.
Раздался громкий, пробирающий гул.
Это был сигнал сбора в поход. Село пришло в движение. Но не все жители оторвались от своих занятий, а только войны, что не стояли на посту и не были заняты чем-то важным. Они начали поспешные сборы.
Зверолюд, за счёт своего острого слуха слышал то, что другие не могли. Так из одного дома донеслось ворчание:
— Ёлки-иголки! Опять старый пердун чая перебрал… Не сидится ему…
Из другого послышались пререкания:
— Где мой второй носок?!
— Там, куда ты его закинул, балда!
Из третьего крики:
— Где мои штаны?!
— Под столом валяются! Слепой, что ли?!
— Другие! Эти неудобные!
А тем временем к пареньку, что трубил в рог, подбежал какой-то мелкий ушлёпок и возмутился:
— Эй, я хотел потрубеть!
Тот недоумённо:
— А, ладно, потруби…
— Нет, надо было сразу дать!
Выйдя за частокол, вождь обратился к собравшийся небольшой армии своих сородичей:
— Наш новый друг — он кивнул в сторону Котика, — принёс очень ценные сведения: к западу отсюда, как известно, есть руины. Которые, конечно же, заняла банда лиходеев. Так вот, скорее всего у них в плену содержится… Некая особа. Важная. Это не точно, но скорее всего. Мы орки, а значит, благородство и честь для нас не пустой писк, в отличие от каких-нибудь напыщенных эльфов, кои только языком болтать горазды да интриги плести во дворцах своих. Вперёд, Несгибаемые!
Подняв над головой свой боевой топор, он воодушевляюще зарычал, совсем как тигр. Отряд тоже издал что-то вроде боевого клича, хотя и без особого энтузиазма. Мол: «опять вождь затеял какую-то бессмысленную авантюру вместо того, чтобы заниматься чем-то полезным»
Эта «армия» состояла из двух десятков орков и одного зверолюда – Котика. Среди орков затесалась и новая знакомая – Алессия. Она была вооружена секирой и лёгким арбалетом.
Традиционно женщины делают упор на дальнем бою, в то время как мужчины – на ближнем; посему женщины, как правило, вооружаются более дорогими, мощными и тяжёлыми аркебузами (арбалетами или мушкетами), а для ближнего боя имеют двуручное оружие (это могут быть лёгкие двуручные клинки или бердыши, не обязательно увесистые секиры, боевые молоты или булавы, хотя часто именно они, особенно у орков); а мужчины обычно используют более скорострельные и лёгкие луки, или же дротики, кои сподручнее использовать на более ближних дистанциях, и одноручное оружие с щитом.
Но это по устоявшейся традиции так. Среди сельчан арбалеты или мушкеты были лишь у немногих. Да и лучников негусто. Всё-таки это не такое простое оружие. В основном все вооружены копьями. Очевидно, что копьё — самое лучшее оружие. И сделать проще, и длинное – можно держать врага на расстоянии или всадника в башку пырнуть; и мощное – не всякий доспех выдержит; да и тыкать – ума много не надо, а сельчанам не до изучения фехтовальных изысков. А ещё метнуть можно. Идеально.