Последнего гоблина заколол зверолюд.
Орки наконец-то смогли отдышаться и обработать свои раны, коих оказалось немало. В горячке боя они не замечали их.
Потом стали смотреть, чем бы поживиться. Увы, добыча была довольно скудна. Немного золотых побрякушек, цветных камней и редких ингредиентов. Было много неплохого оружия, но тащить его не представляется возможным. Из оружия брали только стрелы.
В поисках чего-нибудь ценного обнаружили замаскированный проход в другую нишу пещеры. Там обнаружились притаившиеся гоблинские самки и детёныши. До этого вообще как-то не задумывались об их существовании. Они были сильно напуганы. Разглядев их, соратники отошли от прохода.
Решили уже уходить. Сильно устали, домой уж хотелось, завалиться в мягкую кровать, не раздеваясь, ибо сил нет.
Медленно и устало, друг за другом, шли к выходу, представляя себе долгую обратную дорогу. Стали ощущать, как смертельно измождены.
Со скрипом отворив дверь, окунулись непроглядный густой туман. Видно было не дальше, чем шагов на двадцать, дальше только смутные очертания, которые затем растворялись в тумане. К тому же темновато было, вечерело уже.
Устало сделали несколько шагов вперёд. Из непроглядной серости показывалась трава, тела гоблинов, разбросанное оружие и прочее…
Было тихо.
Но затем послышались весьма пренеприятные звуки: мерзкий хрип и шорох. Донёсся отвратительный запах. В тумане показались силуэты, которые постепенно оформлялись в сгорбленные, криво-шагающие гуманоидные фигуры.
Бойцы уже поняли, что влипли, когда из непроглядного тумана показались твари, по сравнению с которыми гоблины – непревзойдённый эталон красоты, буквально ангелы небесные, прекраснейшие и милейшие из созданий.
Морлоки – гуманоидные порождения тьмы, живущие в подземельях и, когда темно, выходящие на поверхность для охоты и грабежа. Эти были особенно уродливые, ассиметричные, сгорбленные; у некоторых не два глаза, а три, четыре, пять или один. При этом они хорошо вооружены примитивным вооружением, в основном из различных частей гигантских членистоногих тварей.
Котик, обнажив клинок и прикрываясь щитом, пошёл навстречу тварям.
Тем временем Алессия, перехватив секиру, с размаху разрубила морлока, подкрадшегося с фланга, затем второго.
Остальные орки тоже втягивались в битву.
Тишина сменилась мерзкими воплями тварей, яростным криком орков, свистом тетивы и стрел, перестуком оружия о щиты, броню и другое оружие.
Алессия стремглав атаковала надвигающихся морлоков, нанося мощные удары секирой, валя их с ног, даже если те успевали прикрыться щитом.
Котик молниеносно бросился на врагов, разя клинком, те не успевали ничего предпринять и валились один за другим, порезанные и порубленные.
Почти все морлоки оказались магами. В начале боя они с ближней дистанции атаковали магическим огнём. А некоторые потоком леденящей вьюги или ледяными шипами. Соратники, к счастью для себя, почти всегда успевали прикрыться щитом, увернуться или нанести удар. Всего после нескольких магических атак враги брались за обычное оружие.
Самыми опасными, конечно же, были стрелки, поэтому Котик и Алесся стремились прежде всего уничтожить их, избегая прочих врагов. Но те так просто не давались: отходили назад, продолжая стрелять. Приходилось вилять, уворачиваясь, особенно Алессии и Бргакхлеи, кои не имели щитов. Их стрелки смогли задеть. Добротную броню не пробивали, но в открытых местах появились царапины и текла кровь.
За стрелками приходилось гнаться: многие выбежали за пределы лагеря, продолжая стрелять. А тем временем соратников, в свою очередь, преследовали враги без луков. В результате этой чехарды ряды противника всё же понемногу редели. Многие стрелки прятались меж валунов и скал на холме, оркам и зверю приходилось выделывать опасные акробатические трюки, прыгая по валунам и скалам, чтобы в них не попали, настигать и разить супостатов.
Варг очень сильно помогал соратникам, отвлекая на себя врагов, которые никак не могли в него попасть. Вступая в схватку с очередным врагом, он пускал в ход свои мощные лапы, словно медведь.
Но прибыл ещё один отряд морлаков, менее хорошо вооружённый, но очень многочисленный. Превозмогая смертельную усталость, не помня себя, оркам и зверю пришлось отбиваться от них. В суматохе боя они не заметили, как были окружены. Им пришлось драться спиной к спине.
Казалось, это никогда не кончится. И без того впечатляющая коллекция шрамов орков значительно пополнилась. Соратники уж еле-еле держались на ногах, но всё же они были для врагов коллективной машиной смерти: тем стоило только приблизится, как их словно перемалывала гигантская мясорубка.