Но твари всё напирали, видимо считая, что противник вот-вот от усталости подставится. Однако сильно недооценили они стойкость орков, зверя и варга: вскоре те, одного за другим, добивали порождений тьмы.
Последнего морлака, кой проявлял агрессию, зарезал Котик, как самый шустрый. Оставшиеся твари скрылись.
После столь напряжённого сражения соратники чувствовали себя ужасно: едва не валились с ног, перед глазами всё расплывалось. Хотелось просто упасть прямо на месте и забыться. Но нужно было уходить: мало того, что морлаки, возможно, только поджидают, пока соратники свалятся от усталости, так ещё и скоро сюда нагрянет толпа диких зверей на знатный банкет, и лучше им не попадаться.
Даже не думая о сборе трофеев, друзья поковыляли обратно. Но с большим трудом им удалось сообразить, в какую сторону идти.
Судя по всему, стрелы морлаков, задевшие соратников, были отравлены. Со временем становилось только хуже.
Как назло, моросил мелкий дождик и оркам становилось холодно.
— Что-то мне нехорошо — сказал Охист и плюхнулся на сырую землю.
— Я, пожалуй, прилягу — сказал Бругхлак и последовал примеру товарища.
— Эй, а ну вставайте! — возмутилась Бргакхлея, — Надо идти!
Но затем она заявила:
— Чёт мне хреново — и тоже упала.
— Эй, а ну прекратите! — возмутилась Алессия, — Всем плохо, а надо идти! Морлаки могут поджидать нас!
Она подошла пнула нагой Бругхалка.
— Эй, Бругхалк, поднимайся!
Тот действительно встал, но, пройдя несколько шагов, грязно выругался и упал мордой в землю.
— Придётся нам их тащить… — сказала Алессия, — Оглоб?
Оглоб тоже лежал на земле и, казалось, спал.
— Эй, хватит! — возмутилась орчиха и пнула его ногой.
— Отстань — еле слышно пробормотал тот.
Тем временем варг, схватив его пастью за руку, тащил. Но вскоре и он почему-то решил прилечь, отдохнуть, осознав, видимо, бренность бытия.
Алессия уже решила сделать для товарищей носилки, чтобы тащить их всех, вместе с Котиком, который тоже ещё держался. Взяв секиру, она шла к ближайшему валежнику, но что-то пошло не так: оступившись, повалилась на землю.
— Бл*ть! — сказала она, прежде чем окончательно забыться.
Тёмный проход
Приходя в сознание, Алессия почувствовала, как её волочат куда-то по земле. На этот счёт возникли самые нехорошие подозрения. Но сопротивляться не было никаких сил.
Огромным усилием воли открыв глаза, пыталась заставить их сфокусироваться. После долгих препирательств они, наконец, выдали приемлемую картинку.
Дождь закончился, а лучи солнца пробивались сквозь колышущуюся листву.
Котик волок за собой Оглоба и Охиста, а Бргакхлея тащила Бругхлака на наскоро состряпанных волокушах. Кусак плёлся позади. А кто тогда волок Алессию?
Не без труда задрав и повернув голову, Алессия пыталась разглядеть тащившего её индивида.
Это был статный тёмный эльф с серо-синеватым цветом кожи и блеклым сине-зелёным пучком длинных густых волос на макушке, завязанные в хвост.
Есть два вида тёмных эльфов. Они весьма сильно различаются. Если одни являются родственниками светлым эльфам, оркам и гоблинам, то вторые на них похожи лишь издали. Их называют дроу. Они имеют другое строение тела: пальцев на конечностях по четыре, причём два пальца противопоставлены двум другим – ладонь почти симметричная. Волосы, необычайно толстые и густые, растут, как правило, только на самой макушке. У мужчин бывают бороды. А ещё есть хвост.
Тащивший Алессию был дроу. Одет в тёмную робу с капюшоном поверх кольчуги с нагрудником и наплечниками. Из оружия – пара широких кинжалов на поясе.
Вокруг него кружила какая-то небольшая птица, похожая на попугая, то улетая вперёд, то возвращаясь назад, то садясь эльфу на плечо. Чирикала что-то невнятное.
Шли через густой тёмный лес и по весьма неровной местности, то взбираясь наверх по склону, то осторожно спускаясь вниз.
Вышли из чащи. Перед ними, возле склона горы, располагалось поселение, состоящее из двух домов. Место весьма живописное. Рядом протекает река с водопадом чуть дальше и выше по течению.
К прибывшим путникам подбежали двое маленьких ящеров и с любопытством глазели на гостей. Затем показалась их мамаша, видимо. Это та самая ящерица, что бывала в орочьем поселении Рокстэд. Затем показались двое детей-дроу и одна взрослая.
Алессию, Бругхлака, Охиста и Оглоба местные постояльцы с Котиком и Бргакхлеей отнесли в дом, уложили на наскоро состряпанные лежанки в виде наваленного сена, накрытого тканью.