Вольген вновь обратил свой взор на первого короля королевства Дрэйгон в тщетной попытке увидеть сквозь изумрудное пламя ответ на единственно важный вопрос: как же ему убить избранника Дракона войны? Когда все миски с отравленной пищей неизменно оказывались на полу, кубки с ядом невзначай проливались глупыми слугами, а наемники случайно падали едва ли не на ровном месте привлекая ненужное внимание или получая странные ранения. И это при том, что он под угрозой смертной казни запретил стражникам и воинам охранять принца или следовать за ним. О том, что бы собственными руками придушить наглого мальчишку Вольген позабыл еще той ночью, после неудавшегося ритуала, когда Мобрук красочно описал, какая кара постигнет Его Величество, соверши он подобную глупость. Беллума никогда не прощал тех, кто восставал против его воли, наказывая провинившихся так, как не снилось даже в самых жутких кошмарах другим Драконам, не говоря уже о людях.
Правда была хрупкая, словно тонкий утренний лед, возможность, что Габриэль погибнет в Великих горах Севолок, где ветра настолько сильны и холодны, что даже птицы боятся пролетать рядом. Но Вольген гнал ее от себя, словно надоедливую муху, ни на одно мгновенье не забывая о том, кто хранит его сына, а потому оставалось лишь то, что он больше всего ненавидел, надеяться на Хозяйку болот и короля-лича. “Если конечно этот гниющий труп все-таки соизволит выползти из своих развалин. Хотя… Они могли бы задержать его на время проведения ритуала Акрахаир и тогда...” Хриплый смех, едва касаясь стен, наполнил зал, надолго изгнав тишину, а вместе с королем смеялись также и его предки. Все, кроме одного.
В последние годы Вольгену все чаще казалось, что перед ним не портрет первого короля, а оживший воин. Стоило королю сделать лишь шаг, как он приставлял к скрытому обвисшей кожей горлу кинжал и заносил проклятый черный меч для смертельного удара. Но хуже всего было от того, что Вольгену казалось, будто перед ним стоит не Дрэйвин, а Габриэль. Они были похожи словно отражение в хрустальных водах чистых озер разве что только глаза: у одного изумруды полыхала пламенем Драконов, у другого же – обжигали холодом вечных льдов. И каждый, кто хоть раз бывал в зале с портретами, клялся именем Арканума, что первый король Дрэйвин вернулся из самой обители Нетория, дабы покарать виновных и вновь спасти королевство. Вольген не верил в подобные глупости, но никто не знает, что же именно произошло в ночь проведения ритуала Акрахаир. Возможно, душа маленького принца сгорела в пламени Нетория и по воле Дракона судьбы, Ливаллис даровала его тельце иному духу.
“Кто бы мог подумать, что он выберет именно его. Интересно, повторится ли история вновь…” Улыбнувшись, Фаторум захлопнул книгу и вернул ее на полку к сотням тысяч других, напоследок нежно проведя когтями по корешку. “Возможно, в этот раз история закончится иначе”. Затушив свечи взмахом крыльев, Дракон судьбы покинул эту часть Великой библиотеки.
[1] Акрахаир – древний ритуал испепеляющий душу жертвы и в тоже время дарующий опустевшую обитель иной душе. Проще говоря – это частичное переселение душ: где одна душа умирает, а другая занимает ее место (тело).
Глава 14
Первый летний месяц 783 года после Великой войны девяти королевств
Вот уже несколько дней как я живу в доме одного рыбака и помогаю местным с подсчетом потерь. В этом году выдалось очень жаркое лето и боюсь, многие урожаи нам не удастся спасти. Обычно в этом небольшом городке довольно тихо, особенно когда нет торговых суден, но сегодня здесь, почему-то слишком шумно. Кажется, люди кричат что-то о проклятии и смерти... Наверное, все же стоит сходить и самому узнать что происходит.
Не уверен, что смогу описать увиденное мной сегодня, но это мой долг как летописца. Да и странная тревога не хочет покидать моих мыслей, будто что-то ужасающее должно произойти. Надеюсь это все из-за того, что я увидел, но если вдруг... Возможно, кому-то эти записи смогут помочь что-то понять или даже найти какие-нибудь ответы, а потому я начну несколько иначе и с самого начала. С первых лучей солнца…
Сегодня был один из тех странных и пугающих рассветов, что всегда несут за собою беды. Восходящее солнце, впервые за многие столетия осветившее разлившуюся на небесах кровавую реку, стало мрачным вестником Смерти для жителей острова Доркхадос. Мало кто тогда знал, что теплый ветер, так часто сопровождавший торговые суда с континента Вастескоил, принес с собою проклятье, не знал этого и я.