Ручка арбалета, торчащая из походной сумки в десятке шагов, неумолимо манила его обещаниями быстрой кончины. Не обращая внимания на живой ковер под ногами, предсказатель двинулся к своему столь желанному концу. Страх перед более жуткими вещами не сковывал, но даже наоборот, побуждал его.
Шаг. Еще один. Несколько болезненных укусов в районе лодыжки. Что-то ползет меж лопатками. Все это больше не имело значения, был важен только один объект, слегка прикрытый выцветшей поделкой на деревянном каркасе. Небрежным движением Вебер отбросил преграду, скинув ее подобно подношению тысячам голодных членистоногих. За несколько секунд до того, как они сомкнули свои ряды на пожелтевшем атласе, перед его затуманенным взглядом промелькнула единственная различимая надпись, что вырвала его из одержимого состояния.
«Поселок Гларь», — громким эхом пронеслось у Верго в голове. Это была карта, та самая приобретенная в поселке, странная, старинная карта что и послужила причиной тому что они заплутали. Все нити недавних размышлений, бережливо протянутые его разумом сошлись воедино. Неужели это то что он искал?
Предсказатель беспомощно оглядел свои покрытые гроздьями мелких насекомых руки, мысленно проверив карманы. Вздох отчаяния, разочарования и обиды сорвался с его губ — при нем не было ничего, ни чтобы изрезать, ни чтобы сжечь предполагаемый источник их бед!
Непроницаемый черный покров, слегка запаздывая за своими более быстрыми, но менее многочисленными собратьями, как раз дополз к сброшенной карте. Будто деревянный брусок сброшенный в слегка взволнованное море, карта всплыла на поверхности темных вод, уносимая прочь многочисленными мелкими созданиями. Словно очарованная ею, черная гуща, изначально поглотившая предмет, теперь же заботливо освободила его желтоватую поверхность, приподнимая и волоча его вслед за собою.
Смертельный покров наползал неравномерно, отрезая предсказателя от его товарищей. Последнему оставалось только беспомощно смотреть на все удаляющуюся перспективу их спасения. До гула в ушах сжав зубы, предсказатель из последних остатков самообладания, предназначавшихся на выуживание самострела, породил крик настолько громкий, насколько это вообще было возможно:
— Карта! Кто меня слышит, сожгите чертову карту! КАРТУ!!!
Проведением, простым совпадением или же чудом, но он таки был услышан. Черный от множества клопов, уховерток, мух, и еще бог знает какой гадости, Голдберг принялся отчаянно выискивать карту, спустя десяток секунд поисков выцепив ее взглядом. Ползучая смерть уже почти поглотила доведенных до остервенения путников, часть из которых последовав примеру Вебера, в страхе тянулась за самострелами, готовясь как можно скорее сбежать от этого ужаса. Почти потухший костер уже совсем не сдерживал летучие орды, и голодные исчадия ада безжалостно набрасывались на испуганных людей.
Барон, заслоняя рукавом лицо попытался выцепить злосчастный артефакт, но как на зло, предмет сменил направление своего движения, начав отдаляться от кострища. Помедлив с секунду, Голдберг запустил голую руку в еще разгоряченные угли, вытаскивая объятую огнем головешку. На редкость меткий бросок отправил пылающую деревяшку прямиком в карту. Секунда шла за секундой, но все никак не разгорающаяся карта только поспешно удалялась. Сотни мелких гадов не жалея своей жизни обволакивали собою затухающий кусок дерева, лишая его доступа к воздуху, а в следствии и к кислороду, без которого не могло обойтись не одно пламя. За облаками всевозможных паразитов и кровососов Верго не мог рассмотреть лица торговца оружием, но все же был уверен, что оно искажено горькой досадой. Последняя попытка что могла все изменить, и та обернулась крахом.
В ярости Барон громогласно закричал, подобно безумцу замолотив по себе руками в попытке раздавить поедающих его заживо насекомых. Но даже этот могучий порыв гнева стал сникать, так и не принеся существенных результатов. Запустив искусанную и обожженную руку в карман он извлек ту самую емкость с настойкой из грибов, что дал ему предсказатель ранее. Видимо желая вылить ее на себя чтобы хотя бы ненадолго отогнать насекомых (тем самым облегчив свои страдания), он занес руку над головой, в последний момент остановившись. Его рука содрогаясь от боли и гнева плавно перешла за спину, готовясь к очередному, последнему броску.
Пузырек медленно вращаясь устремился ввысь, прогрызая себе путь в плотных потоках летучих насекомых. Сделав несколько полных оборотов он приземлился аккурат на крупный валун в десятке сантиметров от почти погасшей головешки. Разбившаяся емкость в одно мгновенье выпустила все свое проспиртованное содержимое, обрызгивая жуков, тухнущий кусок дерева и саму карту. Даже нескольких последних искр было достаточно чтобы мигом поджечь все что было смочено. Ярко-желтые языки пламени радостно взвились ввысь, выжигая одержимых насекомых. Как только с защитным слоем из хитиновых уродцев было покончено, пламя принялось жадно поглощать антикварную вещицу. За считанные секунды бумага почернела, скукожившись, преподнося ненасытному огню остатки своего каркаса.