Должно быть вся их команда выглядела чрезвычайно жалко в своем нынешнем состоянии, о чем не преминул напомнить Голдберг при первой же возможности. Ему то целебная мазь как раз-таки досталась как почетному герою, внесшему вклад в их спасение. Участие же Вебера, пускай и было замечено, все же было очернено фактом сожжения им целого ряда пожитков его сопартийцев. Пускай он и объяснил свои мотивы, тем самым оправдавшись за самоуправство, неприятный осадок таки остался. Единственным существом, пережившим нападение без каких-либо повреждений, даже самых малых, был вьючный жук. Его поведение не выказывало и малейших следов стресса, в чем ему очень даже завидовал Верго. Заприметив раздраженный взгляд Вебера, не покидавший высоко поднятых усиков великана, Барон смеясь буркнул что-то о взаимосвязи уровня интеллекта и беззаботности существ. Его комментарий не то что бы сильно помог. К удивлению Голдберга, некоторые наемники даже нашли его обидным.
Обогнув рощу, их группа устремилась вдоль маленького горного ручейка вниз по склону близлежащей скалы, чья раздвоенная вершина грозно нависала над натерпевшимися беднягами. Подгоняемые ветром, они все больше отдалялись от Глари, беспрестанно обводя угрюмое окружение подозрительными взглядами. В связи с последними событиями даже самые беспечные и самоуверенные путники настороженно озирались, опасаясь новых проблем. Но едва ли кому-нибудь из них приходило в голову, что пережитый ими ужас был лишь прелюдией, призванной испытать наемников на прочность.
Глава 5. Люди и их нравы
Время лечит, — достаточно спорное утверждение, особенно учитывая тот факт, что оперируя им никто и никогда не указывает конкретных временных рамок. Вебер готов был поклясться, что с каждой прошедшей минутой укусы чесались все сильнее. Тем не менее, за неимением подходящего лечащего средства ему приходилось полагаться только на чудотворные свойства времени. В такие моменты в них особенно хотелось верить.
Расчесывая слегка распухший подбородок он обратил внимание на Остина, уже с минуту молчаливо вышагивающего по правую руку. Верго хорошо осознавал какого рода разговор им предстоит и нещадно разрывался на части между желанием насытить свое эго и желанием проложить товарищеские отношение с гвардейцем. Внутренняя борьба плавно перетекла в некий компромиссный вариант, впитавший в себя преимущества и недостатки обоих опций:
— Так теперь, стало быть, вы мне верите?
— Сложно было бы не поверить после увиденного. Великая тьма! За всю свою жизнь я и близко ничего похожего не видел. Когда эти твари подобрались совсем уже впритык, я подумал, что мы покойники. Вы с Голдбергом буквально вытащили нас с того света. — Главарь наемников выглядел озадаченно, манера его речи, обычно будучи суровой и бескомпромиссной, сейчас смягчилась, будто Остин извинялся. — Должно быть и там в поселке ты не лгал. Не пойми меня неправильно, моя цель — довести наш груз и своих людей до Ганои, в целости и сохранности. Я всего лишь пытался… Схаррат. Пытаюсь действовать осторожно и предусмотрительно. Еще день назад я бы рассмеялся в лицо любому, кто сказал бы что может заглянуть в будущее. Кто же знал, что из хреновой кучи шарлатанов и лживых недоносков нам попадешься именно ты — человек действительно способный на что-то подобное?
— Можете поверить, мне не впервые доводится слышать такие слова, — сухо бросил Вебер, даже не повернувшись в сторону собеседника.
— Если уж ты на самом деле можешь предсказать будущее, то ответь, кто или что пытается свести моих людей в могилу?
— Понятия не имею.
— Сначала псы, теперь жуки. Когда нам ожидать следующей напасти?
— Как только мне станет известно — сразу скажу.
— Но ведь это еще не конец?
— Не знаю.
— Тогда что ты блять знаешь? — Смесь недоумения и раздраженности нашла свое отражение на искалеченном лице Остина, искажая его еще сильнее. Не нужно было иметь третий глаз во лбу, чтобы понять какие мысли вились в голове главаря гвардейцев в тот момент. Удивительно, насколько быстро его извиняющийся тон сменился неприкрытым разочарованием, враз с тем, как витающий в воздухе упрек обрел форму столь резкого вопроса.
— К сожалению мои предсказания не работают на заказ, в противном случае меня бы здесь с вами не было. — Намерения Верго вести доброжелательную дружескую беседу бесследно улетучились, уступив место накопившемуся раздражению и гнетущей обиде. — Сидел бы сейчас в лучших игорных заведениях Равии, попивая полусладкое семьдесят пятого года и лениво соря тысячами крат. Но нет, мне приходиться рисковать своей шкурой в богом забытой земле, выслушивая ваши упреки. А ведь на этом все не ограничивается, я вынужден распинаться, изо всех пытаясь не дать вам всем погибнуть. А мое непосредственное начальство, то бишь мой наниматель, коим вы, к слову, не являетесь, даже не удосужилось наделить меня, если позволите, соответствующими полномочиями. И теперь я, не то консультант, не то менталист, должен что-то всем доказывать. Вот бы мне кто объяснил какого черта тут происходит и что я, чтоб его, должен с вами всеми делать!