Я выдохнула, стараясь успокоиться. За спиной послышался звук открывающейся газировки.
— Господин Станиславский, — наконец-то я нашла в себе силы для первого шага. — Марбас сказал, что вы манипулируете моими воспоминаниями.
— Громко сказано.
— Ой, ну не надо юлить, малыш, — расхохотался демон болезней. — Сколько раз ты это делал?
— Два.
— Два? — я чуть не подпрыгнула на месте. — Учтите, если я узнаю, что вы сделали что-то со мной…
— Успокойся. Ты всё ещё девственница. Я и не думал тебя насиловать и стирать память после, — насупился библиотекарь. — Просто ты всё время влезаешь туда, куда тебя не просят. Кто бы мог подумать, что ты, будучи такой тихоней, на деле окажешься той ещё пройдохой.
Я обернулась и с подозрением посмотрела на Марбаса, словно он должен был подтвердить или опровергнуть слова библиотекаря. Демон сидел в расслабленной позе, покачивая ногой и потягивая колу. Встретившись со мной взглядом, он подмигнул мне.
— И что же это было? Раз я теперь принадлежу Велиалу, как он… кхм… считает… И в курсе всего происходящего, что я узнала такого раньше?
— Марбас пытался тебя покалечить, например, — Асмодей снова недобро глянул на наёмника, тот противно захихикал. — До какого-то момента мне удавалось контролировать твоё восприятие всего, но потом всё вышло из-под контроля и ты… Ты увидела меня в истинном облике.
Он замолчал.
— И вы стёрли мне память? — уточнила я, не знаю зачем, хотя и так всё было ясно.
— И я стёр тебе память, — подтвердил Асмодей, глядя куда-то вправо, снова замолкая.
Я нервно скомкала солому под пальцами. Попыталась вспомнить хоть что-то из упомянутого, но не нашла ни одного даже намёка на это. Даже малейшего, как бы я ни старалась.
— Это был… первый раз? — я подняла глаза на демона.
Тот отрицательно покачал головой:
— Нет. Второй. Мы встречались с тобой раньше. Куда раньше, чем ты думаешь. И совершенно при других обстоятельствах.
Меня пробило на дрожь. Мурашки пробежали по спине. Асмодей, завидев мою неожиданно ненормальную реакцию, протянул руку и нежно дотронулся до моей щеки.
— Нозоми, — он впервые назвал меня по имени. В его голосе слышалась нежность и тревога. — Я думаю, тебе пора узнать всё. Но я не хотел, чтобы это произошло в подобном месте, и я не уверен, что ты сможешь это спокойно перенести. Давай обсудим это в другой раз, хорошо?
Почему-то я не пыталась оттолкнуть его руку. Она казалась мне тёплой, по сравнению с моей щекой, а прикосновение успокаивало. И не хотела обозвать лжецом и монстром, как обычно это делаю. Помедлив, я отрицательно покачала головой.
— Я не отступлю, не просите, — прошептала я.
— Упрямая, как и всегда, — грустно улыбнулся библиотекарь. — Прости за то, что ты увидишь, но пусть лучше так, чем ты подумаешь что-нибудь неправильно. Я погружу тебя в сон на несколько минут и наложу заклятие, которое вернёт твои воспоминания.
Он подозвал Марбаса, на что тот отреагировал с явной неохотой, усаживаясь на пол рядом с нами.
— Это не совсем простая магия — очень легко повредить сознание, поэтому мне понадобится его помощь, — объяснил мне Асмодей, завидев моё непонимание. — К тому же, Марбас сейчас сильнее меня в магическом плане, лишняя энергия не повредит.
— Бля, ну хреновая это идея! А если её переклинит? — наконец в открытую высказал своё мнение тот. — Срать на то, что ты собираешься использовать меня как аккумулятор, реально срать. Ты понимаешь, что может произойти? Она и так плачет каждый раз, когда что-то не так. Велиал не обрадуется, если его переклинит следом ещё раз.
— Боишься? — улыбнулась я.
— Поцелуй меня в жопу, солнышко. Я просто не хочу лишиться жизни из-за такой дуры, как ты, — фыркнул Марбас.
Асмодей тем временем размотал повязку и снял примочку с ладони, подвигал пальцами, убеждаясь, что кровь не идёт. Я терпеливо ждала. Было страшно, потому что я не знала, как это происходит. И ещё казалось, что Станиславский может меня обмануть и снова попросту сотрёт память, как он это делал ранее.
— Приготовься, что это будет неприятно и больно. Не физически, а духовно. И, пожалуйста, помните, что это произошло давно и ничего изменить нельзя, — с его ладони сорвались сине-зелёные искры и закрутились в вихре, улетая под самую крышу, растворяясь в полумраке. Марбас положил руку ему на плечо и прикрыл глаза.
Библиотекарь же резко, без предупреждения, схватил меня руками за голову. У меня вышло лишь судорожно вздохнуть, я поняла, что падаю куда-то, спиной вниз. Падение такое, как бывает, когда засыпаешь. Но вокруг была не темнота, а миллионы образов, цветных картинок, которые проносились мимо с невероятной скоростью. И сводящий с ума звук, словно кто-то включил перемотку. Яркая вспышка — и я поняла, почему Асмодей просил меня не спешить с возвращением этого воспоминания.
— Марбас, что ты наделал, идиот? — льва отшвырнуло от тела отца с такой силой, словно что-то взорвалось.
Лев отлетел на десяток футов, чуть было не переломав себе крылья, проехал на брюхе по земле, пытаясь ухватиться лапами хоть за какой-то выступ на асфальте, но было тщетно. Ещё мгновение, и он скрылся в кустах.
Я сидела на мокрой дороге, обхватив голову руками, и беззвучно плакала. Видимо, я уже осознала, что произошло с отцом.
Из-за машины вышел мужчина, одетый в джинсы, лёгкую куртку с капюшоном на голове.
— Ты в порядке, дитя? — он присел рядом со мной.
— Папа… — я всхлипнула.
— Он, — мужчина обернулся и посмотрел в сторону, где лежал растерзанный труп отца, — он мёртв.
Мои плечи вздрогнули. Я завыла, словно раненное животное. Мужчина протянул руку, собираясь утешить и приободрить, но так и не решился дотронуться.
— Марбас, — он встал и пошёл в сторону кустов, куда только что улетел лев.
— Сука! Чтоб ты сдох, полукровка грёбанная! — долетел из тьмы леса злой выкрик. — Я весь в синяках!
— Зачем ты это сделал? Заган ясно сказал, чтобы ты держался от рода Казадор подальше!
— Я его прикончил! — раздался садистки-истеричный хохот. — Выкуси, неудачник! Я прикончил хвалённого отброса Набериуса, который прятался ото всех, как мусорная крыса.
На дорогу вышел парень лет семнадцати с растрёпанными короткими черными волосами и со светящимися, как два угля, глазами. Его одежда была местами разодрана, а лицо перемазано кровью.
Он сплюнул на землю и посмотрел в мою сторону.
— О… Посмотрите-ка, свежее детское мясо! Ещё и девчонка! Да мне сегодня прямо везёт на развлечения, — он хотел было сделать шаг, но около его горла замер меч.
— Только попробуй, — голос в мужчины был холоден и решителен. — Уже наигрался с Патриком.
— Ты думаешь, ангельский клинок меня остановит? — парень скосил глаза на лезвие перед своим горлом.
— Хочешь выяснить? Не волнуйся, ангельскую технику боя я хорошо знаю. Если не убью, то точно уж покалечу.
Парень промолчал. Видимо, ставить подобного рода эксперименты ему не хотелось.
— В любом случае, у неё в руках амулет отца, если охота лишиться руки без возможности регенерировать, то можешь попробовать его отобрать, — пожал плечами мужчина, опуская меч и возвращаясь ко мне.
— Амулет святого духа? Не думал, что они ещё у кого-то остались… — протянул парень и засеменил за ним. — Но ты же можешь к ней прикасаться?
Мужчина снова присел рядом со мной и снял с головы капюшон. Даже несмотря на такую неплохую защиту от дождя, его лицо было мокрым от воды. Стекла очков были все в каплях. Однако, похоже, что его это нисколько не смущало.
Он протянул руку и положил её мне на голову. Аккуратно, словно боясь, что ему что-то за это будет. Неожиданное ощущение спокойствия и усталости накатило на меня. Каким-то волшебным, необъяснимым способом в его прикосновении я нашла утешение.