— Мы не знаем, как любой ритуал отразится на ней, ты что, не понимаешь этого? Велиал уже ошибся, и посмотри, чем это закончилось, — библиотекарь снова дёрнулся, но Седит явно потерял терпение, потому что с силой ударил его по голове. Роберт упал на пол, держась за окровавленный висок. — Не вздумай, Марбас!
Наёмник коротко рассмеялся, выпуская мои руки, за что тут же возможно поплатился парой синяков на ногах и ударом под рёбра.
— Солнышко, какая ты буйная, но продолжим в другой раз и без свидетелей, — он достал нож из чехла и резанул себя по ладони, от чего чёрная кровь закапала мне на лицо и грудь, оставляя чёрные пятна. Асмодей взвыл не меньше моего, на что снова получил ощутимый удар от Седита. Отложив нож в сторону, наёмник снова навалился на меня и зажал окровавленной рукой мне рот, шепча что-то на неизвестном мне языке.
— МАРБАС!!! — заорал Асмодей. Я краем глаза увидела, что он распахнул тёмные крылья и рванулся с пола на наёмника, явно намереваясь ему помешать, но его помощник, схватив библиотекаря за руку, с силой отшвырнул его в дальний угол и бросился следом, не давая подняться и повторить попытку.
Демон болезней же предложил держать мой рот зажатым, тараторя что-то непонятное. Даже вспышки, которые последовали после того, как эти двое сцепились, материализуя оружие, не отвлекли его от заклятия.
Боль неожиданно начала отступать. Каждый вздох давался всё легче. Я не сразу осознала, что мой язык уже весь в демонической крови. Дрожь всё ещё сотрясала тело, но теперь меня не трясло так, словно у меня припадок.
— Хорошая… Девочка… — прошептал ассасин, заканчивая заклятие и убирая руку, позволяя дышать ртом. Его глаза закрылись, он зашипел, словно от боли и неожиданно рухнул на меня: оказался лёгким, таким же горячим, как и всегда. — Хорошая, но… Такая… Такая дурная…
Я лежала под ним, не смея пошевелиться. Тошнотворный вкус во рту крови этого чудовища сбивал с толку. Я с трудом понимала, что произошло и почему я вдруг оказалась на столе, а Марбас на мне.
— Нозоми! — Асмодей вынырнул из тьмы номера рядом со мной, взъерошенный, со ссадинами, и едва ли не с силой выдернул из-под наёмника. Видимо, по окончанию ритуала Седит больше его не удерживал — дело сделано. Помощник же Марбаса благоразумно подошёл с другой стороны стола и помог тому спуститься на пол. Шатающейся походкой тот, хватаясь руками за его руку, прошёл к дивану и едва не рухнул на живот. — Ты в своём уме, Марбас? Что за заклятие ты использовал?
— Не твоего ума дело, — проворчал демон болезней, растягиваясь на подушках. — Будь добр, заткнись и оставь меня в покое. Хочешь помочь — помоги для начала Велиалу… — говорил наёмник прерывисто, явно превозмогая боль. — Заклятие продержится часа четыре, пока… пока у неё кровь моя не переварится в желудке… Потом мы снова будем наслаждаться промо-версией адских пыток.
Я попробовала вытереть демоническую кровь с лица. Отплёвываться же было как-то неудобно: видимо, Марбас каким-то образом перекинул мои ощущения на себя и теперь сам испытывал то, что мучило меня ещё несколько минут назад. Признаться честно, переносил он всё гораздо мужественнее, чем я, лишь изредка шипя и нервно елозя на диване.
— Что произошло? — я посмотрела на Асмодея. Тот достал платок и помог мне с кровью. На свои травмы он обращал куда меньше внимания.
— Ты не помнишь? — он отошёл на секунду, смочить платок под краном в ванной.
Я задумалась, пытаясь восстановить в голову события вечера. Какие-то отдельные моменты мелькали в воспоминаниях. Чарли. Я познакомилась с ним. Помню его разговор со мной в баре за столом, как он рассказывал про местные группы, забавные моменты из работы… Марбас, спорящий у барной стойки с какой-то девушкой и…
Посмотрела на наёмника, которого теперь практически не было видно из-за спинки дивана — тот был развёрнут к холодному камину. Лишь изредка Марбас приподнимался на локтях, переворачивался и тихо матерился, либо швырял в уже успевшего расположиться в соседнем кресле Седита подушками.
И внезапное осознание всего произошедшего.
— Велиал!!! — неожиданно вскрикнула я и буквально влетела в спальню, едва успев дёрнуть дверную ручку, иначе бы снесла дверь с петель. Чутьё не подвело: король находился там, в обществе своего брата. Но повелителя демона я заметила далеко не сразу в полумраке комнаты.
— Бездна тебя поглоти, что ты тут забыла? — Заган, стоявший у самой кровати, развернулся к нам и злобно посмотрел сначала на меня, а потом на Асмодея, вбежавшего следом. — Уведи её отсюда, пока я её не прикончил!
— Велиал! — я проигнорировала его угрозы, подбегая к кровати. Некогда белые простыни теперь были чёрные. Совершенно чёрные, казалось, что они поглощали тот немногий свет, который проникал в спальню через огромные панорамные окна. Номер располагался на таком этаже, что зашторивать их не имело смысла. — Что с ним?
Король лежал поперёк кровати, сжавшись в чёрный ком: перепачканный с ног до головы собственной кровью. Лежал на животе, подтянув ноги. Обнажённый, с распахнутыми крыльями, но выглядели они плачевно — их словно разъело кислотой и теперь они походили на чудовищное кружево: дыры в кожаных перепонках местами были такие большие, что в них можно было просунуть кулак, а то и голову. Падший дышал тяжело. Изредка он вздрагивал, иногда его било в конвульсиях и тогда он комкал лежащие под собой простыни, пытаясь хоть как-то унять дрожь.
Словно услышав меня, Велиал открыл глаза и посмотрел в пустоту, сквозь меня. Глаза почти не блестели, они были тёмными, тусклыми. Но он молчал.
— Что с ним?! — я обернулась на демонов.
— Видишь ли, Нозоми… Заклятия Света бывают разные, хоть на начальной стадии почти не различаются. Однако дальше, через какое-то время, они себя проявляют порой очень страшными последствиями. То первое заклинание, от которого тебя спас мой повелитель, было не столь опасным для тебя, но это… — библиотекарь запнулся, не решаясь продолжать. — Это же разъедает плоть, — в руках Асмодея вспыхнуло не яркое пламя, но этого света хватило, чтобы я смогла увидеть весь ужас произошедшего. — Велиал перебросил всю свою защиту на тебя, потому что, если бы оно зацепило тебя — ты бы погибла.
Спина демона, начиная от шеи и заканчивая поясницей, была сплошной кровоточащей раной. Местами просматривались кости и органы. От ужаса увиденного я отступила на шаг назад и упёрлась в Загана. Брат же смотрел на него без каких-либо эмоций на лице, словно видел подобное не в первый раз.
— Велиал тебя слишком разбаловал, — угрожающе тихо сказал он. — Тебе пора начать подчиняться ему. Если он когда-нибудь погибнет по твоей вине, я сотру тебя в порошок.
Заган посмотрел на меня с такой ненавистью, что у меня от ужаса чуть не остановилось сердце. Его тёмная аура захлестнула меня с головой и, как мне показалось, начала душить. Потом он словно одумался, отступил во тьму помещения и через мгновение, единственное, что обозначало его присутствие в спальне — его мерцающие глаза — растворились. Он прыгнул, видимо, решив, что это будет для меня безопаснее.
— Я думаю, нам лучше уйти, — Асмодей потянул меня за руку, но Велиал дёрнулся и снова открыл глаза. На этот его взгляд был куда осознанней: сначала демон посмотрел на меня, потом на советника.
— Оставь нас… — в голосе чувствовалось, что он терпит ужасную боль.
Библиотекарь поклонился и молча, без вопросов, покинул спальню, унося с собой свет, даруемый пламенем в его руке. Стоило ему закрыть дверь, как Велиал оскалился и застонал.
— Что тебе надо? — Король с трудом сел в кровати. Он покачнулся и закашлял. С уголка рта струйкой стекала кровь. — Не будь я королём, давно бы сдох уже…
— Я переживаю за тебя, Велиал… — я присела с краю.
— Человек за меня… переживает? — он попытался засмеяться, но лишь застонал. — Не иначе как у папаши диарея, если ты за меня беспокоишься, — наконец сказал он, вытирая лицо простынёй, но это скорее походило на попытку отвлечься от боли, потому что она была перепачкана в крови.
— Роберт сказал мне про заклятие. Ты спас меня, спасибо, — я натянуто улыбнулась. От зрелища на самом деле хотелось плакать: Велиал выглядел ужасно жалко, но зная его, если я заплачу, он, скорее всего, обидится.