– Носом чую, – твердил тридцатилетний Нельсон, шмыгая своим детским носиком, – рядом копы!!
– Что и говорить, – поддерживал Фьерпойнт, – пора уносить ноги, иначе нас тут всех того…
– Да поздно уже спешить, – лениво перебил Джон Деллинджер, – когда я шел сюда, видел, что весь особняк окружен.
– Окружен !!! – воскликнули все на разные голоса.
– Ага, окружен, на каждого из нас по десять фараонов. Мы здесь, как в мышеловке. Ловко они нас.
– Ну всё, кажется это конец, – устало произнес Флойд Красавчик, выразив почти общее мнение.
Все отвернулись друг от друга, чтобы не глядеть в глаза и не выдавать назревшего гнетущего ощущения.
– Ничего, ничего, – усмехнулся Нельсон, нежно поглаживая автомат, – со мной мое любимое пианино.
Джон Деллинджер уважительно посмотрел на смертоносную игрушку, потом осторожно выглянул в окно и произнес:
– Кажется, оно тебе скоро пригодится, сейчас вдоволь наиграешься, Нельс.
И тут же громкий голос из полицейского громкоговорителя оповестил:
– Граждане гангстеры, добрый вечер, рад вам сообщить неожиданную новость, вы окружены! Сдавайтесь! Через пять минут мы открываем огонь на поражение! Желаю всем не ошибиться в правильном выборе! Удачи, преступнички! А тебе, Деллинджер, особый привет! Ох, и поймаю я тебя, сукин сын! Или…ну ты сам понимаешь!
– Понимаю, – усмехнулся Джон.
Все обитатели особняка посмотрели на Джона.
– Ну и как, Джонни, и в этот раз надеешься смыться? – сочувственно спросил Ван Мэтр.
– Конечно, он надеется, он у нас такой, его хлебом не корми, дай повыпутываться из дерьмовых ситуаций. – сообщил Нельсон, заряжая свое пианино. – А зря, никто в этот раз просто так не уйдет. Перестреляют нас к чертям собачим.
– Типун тебе на язык, тапер хренов, – проворчал мрачный до неузнаваемости Флойд. – Думай, что говоришь.
– Что хочу, то и говорю, – огрызнулся Нельсон. – Меня-то голыми руками не возьмешь, я им покажу кузькину мать, они у меня …
– Осталось три минуты! – пропел за окном в рупор агент Пурвис, долгие годы безуспешно гонявшийся за Деллинджером. – С распростертыми объятиями ждем вас! Ку-ку!
– Может, первые начнем, – предложил Нельсон, нетерпеливо перебиравший единственную клавишу на своем пианино. – А, ребят, чего тянуть?
– Сиди ты, провокатор! – сердито прикрикнул на него Флойд. – Успеется еще.
Он явно молился про себя.
Все преступники доставали оружие и занимали удобные позиции. Только один Джон Деллинджер беззаботно курил сигару и чистил палочкой ногти, сидя на журнальном столике напротив окна.
– Осталось одна минута! – сообщил оттуда Пурвис. – Стреляем без предупреждения!
– А вот интересно, – отозвался на это Джон, – почему так устроена жизнь.Одни день и ночь трясутся за свою шкуру, ожидая от судьбы очередную пакость. Другие задабривают судьбу дорогими подарками, причем не зная примет она их или пошлет подальше. А вот я вижу наперед свое будущее безоблачным и ясным.
– Даже сейчас? – спросил Флойд, лицо которого так исказил страх, что язык не поворачивался назвать его красавчиком.
– Ага. И сейчас. И еще на пару лет.
– Не трепись, Джонни, – вступил в разговор Ван Мэтр, – какого хрена, что ты строишь из себя везунчика, сейчас всем жарко придется. А уж тебя Пурвис точно не упустит.
–Пурвис-мудурвис, – задумчиво проговорил Деллинджер. – Честно говоря, не знаю, чем для вас закончится эта катавасия, но с первым выстрелом я буду знать, как мне выкрутиться.
Первая пуля разбила зеркало за спиной Джона Деллинджера и началась жутко скоростная перестрелка, среди которой явно выделялся Нельсон Детское Лицо, сам того не зная, он на своем пианино исполнял этюды Листа.
Обе стороны радостно исходили свинцом, убавляя ряды нападавших и защищавшихся. Все так увлеклись пальбой, что в суматохе никто и не заметил, как в очередной раз Джон Деллинджер, не спеша, целый и невредимый, покинул неудавшуюся вечеринку.