– Не моя работа, это точно. Такие в фаворе у преторианцев, но именно такой я не видел. Если есть желание, можем попробовать – вдруг получится?
– Да нет, мне б все же в том месте, где делал мой товарищ…
Татуировщик пожал плечами.
– Как знаешь. Можешь к Персею зайти, выше по улице. К нему преторианцы часто захаживают.
Свет солнца, казалось, поднял настроение всей столице. Люд повысыпал из домов и сновал по улицам, откинув капюшоны плащей. При всем своем стремлении к маскировке Катон понимал, что сейчас риск быть замеченным исходит как раз от надвинутого капюшона, выделяющего его из толпы. Поэтому, приняв вид беззаботного прохожего, Катон разгуливал как все, хотя втайне остерегался, как бы его случайно не заметили. Этим утром на стене Форума он увидел первое объявление о своем розыске – подробное описание внешности, а еще посула награды в тысячу денариев за сведения, могущие привести к его поимке. Для того чтобы прикрыть свой шрам, Катон измазал лицо грязью. Сумма награды была вполне достаточна, чтобы разжечь соблазн во многих, кто так или иначе его знал. Еще бы: таких денег хватит, чтобы вырваться из плена грязных трущоб и поселиться в более приличном месте. Тут уж никто не станет и спрашивать, виновен ты или нет. Кому какое дело…
Татуировочная Персея, совмещенная с цирюльней, располагалась на пересечении двух людных улиц. Имя владельца красовалось на белой ладони, указующей на вход. Внутри открывалось просторное помещение с тремя столами и широкими скамьями. Две таких скамьи были заняты, и над ними сосредоточенно трудились татуировщики. Особенно тот, под которым распласталась пышнотелая матрона с задранной туникой и снятой нагрудной повязкой; стиснув зубы, она терпела созидание на своем сдобном бюсте цветка.
Катон кашлянул, привлекая к себе внимание.
– Я бы хотел видеть Персея.
– А ты кто будешь? – на секунду приподнял глаза татуировщик, колдующий над женщиной.
– Э-э… Я? Гай Антоний.
– И с чем ты к нему?
– Ищу друга.
– О-о. Кто бы из нас не желал обзавестись другом? Только сомневаюсь, что он придется тебе по вкусу, – усмехнулся татуировщик, а остальные ехидно поджали губы. Татуировщик повернулся в глубь лавки и позвал: – Хозяин, а хозяин! Тут к тебе человек.
За перегородкой послышался скрип не то стула, не то кровати. Спустя пару секунд в комнату угловатой походкой вошел сгорбленный коротыш, чуть ли не карлик, со скошенной шеей и темными густыми волосами, стянутыми на затылке в хвост. Острые внимательные глаза моментально уперлись в гостя:
– Что угодно?
Катон прошел к свободному столу, положил на него дощечку и открыл. Персей остановился рядом. Роста ему едва хватало, чтобы рассмотреть рисунок. Катон между тем пояснил:
– У моего друга именно такая наколка, и я пытаюсь найти, кто ее ему делал.
– Да? И зачем?
– Да вот, сам подумываю сделать себе такую же.
– В таком случае ты пришел куда надо. Это одна из моих лучших. Специально и исключительно для моих заказчиков-преторианцев. – Персей поднял глаза на Катона. – Хотя тебе, друг, я ее сделать не могу: ты не гвардеец.
– Жаль… Кстати, многие такую спрашивают?
– Я бы не сказал. Эта стоит дороже обычных, из-за оттенков света и тени. – Жестким ногтем он почесал себе подбородок. – В основном спрашивают чего попроще, с чем могут справиться мои рукоделы. – Он пренебрежительно кивнул на своих татуировщиков, а те в ответ с ехидцей заулыбались.
Катон со всем возможным тщанием описал человека, что бежал с места убийства Граника. Прежде чем ответить, Персей взвешенно подумал.
– Вообще, таких может оказаться двое. Имя у тебя есть?
– В этом я как раз рассчитывал на твою помощь, – тихо ответил Катон.
Коротыш смерил его подозрительным взглядом.
– Так что ж ты за друг, коли даже имени не знаешь?
– Я тот, кто хорошо платит за нужные мне сведения. – Между складок плаща Катон показал тугой кошель. – Возможно, нам лучше обсудить это там, у тебя в комнате?
Персей внимательно, с прищуром поглядел на него.
– Иди за мной, – распорядился он.
Он первым вошел в укромную комнату, нечто среднее между таблинумом и складом. В углу здесь стоял низенький табурет и стол с подпиленными ножками, как раз по росту этому коротышу. Сев на табурет, Персей скрестил на столешнице свои обезьяньи волосатые руки.
– Так о чем у нас, собственно, разговор? Ты что, осведомитель?
– В некотором роде.
– Значит, ты выложишь за нужные сведения хорошую цену… Таких, как ты, я знаю. Вы и пальцем не пошевельнете, пока не учуете для себя запах поживы.