– Особый режим секретности, сэр, – авторитетно заявил Грэхем. – Чтобы те, – он ткнул рукой в пол, имея в виду предполагаемый объект захвата, – не смогли перехватить наши передачи и узнать план атаки. Уж больно они сильны, сволочи.
– Сильны?.. – Николас с сомнением почесал подбородок. – А почему тогда подходы к планете не охраняются? Ни комплекса противокосмической обороны, ни орбитальных патрулей. Да что там патрулей, на орбите вообще ни одного спутника нет. Они, – он тоже ткнул рукой в пол, повторяя недавний жест бойца, – небось, и не знают, что мы уже почти сутки у них над головой висим!
– Может, и знают, – возразил Грэхем. – Только не боятся они нас, сэр. И никого не боятся… – Он оглянулся по сторонам, высматривая, нет ли поблизости посторонних, и понизил голос до шепота: – Мелани… ну, подружка моя… шифровала сводку по этой самой планетке…
– И? – не выдержал Ник.
– Она говорит, там такие страшные вещи понаписаны… Будто бы наша теперешняя операция уже десятая по счету. Девять раз уже Содружество пыталось эту планету захватить!
– Вот как? – удивился Ник. – Я ничего такого не слышал.
– И никто не слышал. Потому что подразделения, которые атаковали эту планету до нас, полегли все, до последнего бойца. Ни единого человека не уцелело! И никто толком не знает, что же там произошло. Просто люди и техника исчезли, словно их и не было.
– А почему тогда мы не разнесем в пыль эту долбанную планету? Зачем раз за разом пытаемся высадить десант? – после паузы вновь заговорил Ник. – Надо обстрелять ее главные города с орбиты из квантовых пушек, а потом ядерную ковровую бомбардировку по космодромам и промышленным объектам…
– Да нет там никаких городов, космодромов и промышленных объектов! – перебил Грэхем.
– Как нет? – опешил Ник.
– А вот так! Мелани видела картинки с наших спутников-шпионов. Она говорит, нет там ничего этого.
– А что есть? Местные-то, к примеру, где живут? В пещерах? Под землей?
– На земле. В поселениях таких. – Грэхем сделал беспомощный жест рукой, пытаясь объяснить. – Типа хуторов или деревень, какие и у нас были века три-четыре назад. А еще у них там леса по всей планете. Реки просто так по земле текут – не в трубы забраны, как у нас теперь, а прямиком по земле. Как в том историческом фильме… как же он назывался… Помните, сэр, в прошлой десятидневке нам показывали?
– Я не смотрел.
– Зря. Хороший фильм… А я недавно побывал в настоящем лесу, – вспомнил Грэхем. – В прошлое увольнение меня Мелани затащила на аттракцион, «Сосновый лес» называется. Там такой зал с земляным полом, а в нем несколько деревьев. И кустик один с красными ягодами. Да не из биомассы ягоды, а самые настоящие. За особую плату можно было сорвать одну и съесть. Мелани попробовала.
– И как?
– Необычно, говорит… А там, – Грэхем снова ткнул рукой в пол, – такие леса не в залах, а прямо на поверхности планеты растут. Может, даже и кусты с ягодами есть.
Ник с сомнением посмотрел на подчиненного.
– Это что же? Не планета, а сплошной аттракцион, получается? Почему же нам никак не удается ее захватить? Чем же местные жители так опасны?
– Кто ж их знает… Но десять наших боевых групп там полегло… кстати, надо отдать им должное – сами-то они ни на кого не нападают. Даже в космос не выходят! Сидят себе на своей планете и своими делами занимаются. Это мы к ним все время лезем…
– Да брось ты, Яр, – выдернутый из хмельного сна Стас поморщился и поглядел недовольным взглядом на небольшой одноместный летательный аппарат, который на армейском жаргоне Центральной Империи звался «истребителем».
По форме напоминающий каплю, истребитель лежал на боку возле леса в окружении малинника. Вообще-то он должен был стоять посреди поля на гусеничных шасси – тех самых, которые сняли братья Загоруйко. Они же оттащили леталку в малинник – подальше от посторонних глаз, и положили ее на бок, чтобы было удобнее «разувать».
Теоретически истребитель мог взлететь и без шасси, но для этого его надо было хотя бы вытащить из малинника.
– Давай, Стас, берись с другого конца, – раздраженно потребовал Ярик. – Мне одному истребитель не поднять.
– Да нам с тобой и вдвоем не поднять. Тут трактором вытягивать надо. – Стас лениво отщипнул от ветки крупную спелую малину и положил ее в рот. Утер рукавом потекший по губам сок. – Давай завтра с утра у Панаса трактор возьмем и… А сейчас вернемся лучше в село. Там уже все собрались. Слышь, гармонь играет? Девки вот-вот песни петь начнут. А Федул, небось, уже и горилку свою принес. – Стас оживился. – Эх, и знатная у него горилка! От нее похмелья вообще не бывает. Не то что от первача бабы Вари…