– За нас или против?
– Конечно, за вас, друг мой. И выиграл целую тысячу.
– Поздравляю.
– Спасибо… Я вижу, ваш помощник ранен.
Монго прыгнул на свой постамент и быстро сдвинул вниз пару рычажков на пульте. Вначале ничего не произошло. Монго нетерпеливо покосился на дверь. Она открылась, пропуская уныло-серого аборигена. Они с Монго поскрипели друг на друга, и абориген направился к рядовому.
– Мой лучший целитель, – отрекомендовал его Монго. – Умеет даже людей лечить.
– И где он этому научился? – недоверчиво спросил сержант.
– У шахтеров ваших, – ответил Монго. – Они своего целителя не заводят, экономят. А как беда какая приключится, ко мне гонца шлют. Вот и натренировался.
Сержант с сомнением покосился на местного целителя, но за неимением лучшего спорить не стал. Ссылка на шахтеров его совсем не убедила. Смертность на шахтах была жуткая. Абориген бережно повернул разбитую голову к свету и задумчиво осмотрел наложенную повязку. Кровь сквозь нее не просачивалась, но волосы на затылке были заляпаны густо.
– Мозг не претерпел видимых повреждений, – уверенно проскрипел целитель. – Рана поверхностна. Организм молод, целительная сила природы возьмет свое.
Сержант недоверчиво хмыкнул. Абориген ответил надменным взглядом и удалился.
– Не сомневаюсь, что этот целитель знает свое дело, – сказал лейтенант. – Но на станции ему было бы спокойнее. Да и нам тоже. До шаттла нам никак не добраться?
Почесав когтем за ухом, Монго покачал головой.
– Я бы не рисковал… Кстати, шаттл губернатора только что стартовал. Может быть, ему не стоило читать рапорты полковника на ночь.
– Может быть, – усмехнулся лейтенант. – Хотя так, наверное, и к лучшему. Он теперь таких страстей насочиняет, чтобы бегство с поста оправдать, что других доказательств и не потребуется. Как только дамы угомонятся, Восстание само собой завершится. Мы доложим Императору о нашей победе над Восстанием и, возможно, даже станем героями.
Монго от души расхохотался.
– Вы поразительны, друг мой. Если ваш Император не сделает вас героем за ВАШУ победу над ВАШИМ Восстанием, переходите в мою фирму. Я как раз собираюсь расширить бизнес.
– Я подумаю, – уклончиво ответил лейтенант. – А сейчас, с вашего позволения, я бы воспользовался вашим передатчиком.
– Конечно, друг мой. – Монго сделал приглашающий жест. – Будьте в моем доме, как в своем.
Полковник выслушал отчет лейтенанта с нескрываемым удовольствием. Он вообще любил победные доклады.
– Великолепно! Я же говорил, что все получится. Я же все-таки гений стратегического планирования!
– У нас раненый, – прервал лейтенант поток самовосхвалений. – Получил камнем по голове.
– Это ерунда, – отмахнулся полковник. – Получит орден, и ему сразу полегчает. Возвращайтесь на станцию.
– Монго считает, что это небезопасно. Нас тут сегодня не любят.
– Вот как? Ладно, оставайтесь пока у него. Сейчас отзову шаттл и пришлю вам медика с охраной.
– А губернаторским шаттлом не быстрее? – спросил лейтенант. – По моим данным, он скоро должен быть у вас.
Полковник усмехнулся.
– Нет, у нас он теперь будет не скоро. Улепетывал так, будто за ним гнался весь флот Восстания. Даже не притормозил у станции, сразу нырнул в подпространство.
Лейтенанту это показалось дурным знаком. Имперская боевая станция была достаточно надежной защитой от любого выступления аборигенов. Полковник не разделял подобных опасений:
– Он так перепугался, что просто забыл о нас. Не зря же я его столько запугивал Восстанием.
– Возможно… Кто-нибудь еще покинул систему?
– Только транспорт контрабандистов. То ли испугались Восстания, то ли решили улизнуть под шумок, не заплатив мне моей доли. Мы еще обсудим с ними этот вопрос, когда они снова здесь появятся.
– Для нас будут какие-нибудь дополнительные указания?
– Нет. Оставайтесь у Монго и отдыхайте. Скоро шаттл заберет вас. И еще… – Полковник с минуту помедлил. – Это была хорошая работа. Вы молодец, лейтенант.
– …Вы молодец, лейтенант.
Это было всего каких-то полчаса назад. А сейчас…
– Вы дегенерат, лейтенант! Что вы натворили?
Полковник был мрачен, как грозовая туча, и для полного сходства метал громы и молнии. Лейтенант исхитрился незаметно включить автоматический регулятор уровня громкости, который тотчас снизил рев начальства до приемлемого уровня. Суть претензий полковника была, как обычно, не ясна, но главное лейтенант понял сразу – дело дрянь. Поэтому он замер по стойке «смирно», с терпением младшего офицера ожидая, пока начальство выпустит пар. Тогда все и прояснится.