— Молодой человек, — слышу. — А вы скоро продавать начнете?
Вскинул голову, посмотрел. Женщины, организуются в очередь, ждут.
— А что? — спрашиваю уныло.
— Там у вас, мы видели, книги интересные. Мы хотели бы купить.
— Одну минуту.
Что делать? Люди хотят книгу.
Встал и задвигался.
Туз
Сразу видно: чин. Высокомерием, повелительностью так и веет. Явно неважный работник, коли так скрыть не может своего высокого положения — будто впереди себя несет свою значительность, гонор. Солидный, сытный, лоснящийся, лет пятидесяти пяти. Должно быть, случайно, против воли оказался в метро — шофер заболел или что-нибудь такое, в общем, нужда заставила опуститься. Дико, непривычно ему, что кругом толчея и люди снуют. Неприятно. Смотрит кисло, словно всем, что вокруг него, брезгает.
Шел мимо, однако, скользнув по витрине взглядом, вдруг надумал остановиться.
— Товарищ, подберите мне книгу. Самую хорошую. Подороже. Для подарка.
— А вы не хотите это сделать сами? Все перед вами.
— Нет, это ваша работа.
— Вы так считаете?
— Да. — И тоном, точно я у него в подчинении, поторопил: — И побыстрее. У меня мало времени.
Я столь скверно устроен, что тон приказа, ничем не оправданной требовательности, вызывает во мне реакцию как на нахальство — глухой, неостановимый протест; начинаю волноваться, сержусь и упрямо отказываюсь пойти навстречу.
Не ответив ему, я обслужил двух подошедших девушек. Они ушли, и мы вновь остались один на один.
— Почему вы не занимаетесь мною? — недовольно, с угрозой в голосе спросил он. — Обслуживаете каких-то девчонок, когда я…
— Почему каких-то?
— Не придирайтесь к словам. Лучше работайте как положено.
— Я и работаю. Как положено.
— Я, кажется, попросил вас подобрать книгу.
— У нас самообслуживание.