Тина проснулась лишь к полудню. Она открыла глаза и внимательно смотрела на сидящую рядом с её кроватью женщину - горничную по имени Роза. Та сложила руки на поручни кресла, склонила голову набок и спала. Тина решила не шевелиться, чтобы не разбудить её и дать самой себе время подумать. Что ж, она снова в доме Свешниковых. Потому что осталась без сил и её сюда доставил Назар, конечно. Как-то это уже смахивает на привычку. Ладно - тогда, в первый раз, она лишилась энергии, потому что Назар у неё забрал её. А может, она сама неосторожно выплеснула слишком много эмоций во время его поцелуя? Об этом Тина старалась не думать. Но почему она так выложилась вчера? Это нужно было понять, предельно честно разобравшись в себе. Потому что гнать от себя эти мысли, игнорировать собственные порывы было уже опасно. Вчера на её глазах Василий и Назар подрались, и в какой-то момент Тина увидела, что Назару грозит нешуточная опасность. Да, она хотела его спасти, потому что... стоп, сейчас она думает не о чувствах, а о собственной энергетической несдержанности. Люди не ведут себя так, как она, это просто неприлично. Бывает, конечно, что мать отдаёт своему заболевшему дитя почти все свои силы, и никто не может осудить её в этом. Вообще один из любящих может пожертвовать собой ради выживания объекта своей любви - об этом написана масса слезливых книг и театральных пьес. Но так жертвовать для чужого человека, который о том и не просит? Никто этого не делает. Ведь бабушка хорошо научила её закрываться... Вот оно - бабушка. Все годы, пока Тина росла, бабушка тянула из неё энергию. Что противозаконно вообще-то - выкачивать энергию из несовершеннолетних. Это должно быть по согласию, а возраст согласия донора - восемнадцать лет. Но бабушка до сих пор скрывает от общества, что она вампир, даже боится зарегистрироваться, как положено. Вынуждать Тину делиться энергией бабушка привыкла тем, что вызывает у внучки сильные эмоции - страх, стыд, возмущение. То есть то, что было для Тины разрушительным и болезненным. В результате Тина привыкла в любой момент быть готовой отдавать энергию сама, как только она понадобится бабушке и та начнёт свою "игру" - лишь бы скорей прекратить, избежать этой боли. Отдавать свою силу дорогому человеку в любых количествах, открываясь полностью - вот к чему она привыкла. Бабушка всегда контролировала их беседы и умело прекращала переживания Тины, как только начинался "перебор". Но вот - итог - Тина не умеет самостоятельно дозировать отдачу, особенно в минуты сильного волнения. Конечно, бабушка научила бы её и этому... если бы умела сама. Тут ведь теоретических знаний недостаточно. Найдя для себя ответ, Тина непроизвольно шевельнулась в кровати. Горничная рядом с ней тут же проснулась и принялась хлопотать. Помогла ей сесть, вручила бокал сладкого чаю, хоть и не горячего, но по летнему теплу вполне годного. Потом помогла встать и одеться. Оказалось, кресло, в котором она до этого дремала, снабжено колёсиками. В доме Свешниковых, похоже, было всё и на все случаи жизни. Роза усадила Тину в это кресло и подвезла её к телефонному аппарату, чтобы та могла позвонить бабушке. - Когда вас привезли, госпожа Хельга уже звонила вашей бабушке, - сказала горничная, - Она поставила её в известность о том, где вы и что с вами. А ещё госпожа Хельга просит вас не торопиться домой, а прежде отдохнуть как следует и побеседовать с ней. Тина принялась крутить диск, набирая домашний номер. - Прости, бабушка, я заставила тебя волноваться, - слабо сказала она, когда Евдокия Агаповна ответила. - Внучка, ничего со мной не случилось. Сейчас главное - ты и твоё состояние. Возвращайся домой, я о тебе позабочусь. - Мне передали, что Хельга Свешникова хочет побеседовать со мной. - Уверена, госпожа Хельга - в высшей степени воспитанная дама и не причинит тебе вреда, - тут же согласилась бабушка. Хельга в изящной соломенной шляпке сидела в саду. В руках она держала букет лаванды, которую с удовольствием нюхала. Роза подкатила к ней кресло с Тиной и ушла. - Лаванда прекрасно успокаивает мои нервы, - сказала Хельга после приветствий.
- Моя бабушка тоже часто нюхает её. Только в засушенном виде, покойный ныне дедушка дарил ей букетик по молодости. - Десс, вы можете мне рассказать, что случилось вчера после бала, из-за чего у Назарушки вышла ссора с вашим спутником? Если такой рассказ вас не сильно взволнует, конечно. - Я сейчас не в состоянии хоть сколько-нибудь волноваться, - слегка улыбнулась Тина, - Могу и рассказать то, как видела я. Тина без эмоций поведала о событиях после императорского бала, вплоть до собственной потери сознания. Хельга задумалась. - Значит, это мой сын первым повёл себя оскорбительно? - Да. - Вы, случайно, не знаете, что его заставило? Ведь он так никогда не вёл себя раньше. А с прошедшего Дня энерговампира его будто подменили...