У космонавтов зарядка, туалет, потом легкий завтрак — и в МИК. Началась предстартовая подготовка. Медицинский осмотр проходят оба. Все в норме. На тело Юрия, а потом и Германа накладывают датчики и начинают их одевать в космические доспехи. После проведенных тренировок все идет быстро и гладко.
В комнате особенно не разгуляешься, но все же снимать легче, чем в домике, где они спали. Здесь просторнее, все знакомо, знаем, откуда, что и как здесь снимать.
Ассистенты тут же в специальных мешках разряжают отработанные кассеты, закладывают в них свежие ролики, а снятую пленку упаковывают в коробки для срочной отправки в Москву. На этикетках коробок надписи: «Гагарин. Одевание. 12 апреля 1961 года. Проявлять по нормальному времени. Количество роликов — 5X60 м. Общий метраж — 300 м».
Кручусь вокруг Гагарина и Титова с ручной камерой, надо успеть снять все: и общие, и крупные планы, и перебивки. Юрию помогают четверо: двое следят за последовательностью операций, а двое — одевают. Съемка у нас ладится. Каким-то внутренним чутьем угадываешь, когда материал будет хорошим. Только бы ничего не упустить. Уже шнуруют высокие черные ботинки. Затем надевают белый гермошлем скафандра. Перчатки только примеряют. Подключен переносной блок: он продувает, вентилирует скафандр. Гагарин готов. Ему вручают особое удостоверение личности, а на случай приземления в малонаселенной местности — пистолет и охотничий нож, — как известно, медведи удостоверений не признают.
В комнату быстро вошел Королев. Он только что со старта.
— Как настроение? — спросил он у Гагарина.
— Отличное, — весело отвечает тот.
Можно ехать на старт. Спешим забраться в автобус, который повезет Гагарина и Титова. Пристраиваемся поудобнее. Камеры наготове. Выходят космонавты. Снимаем прямо через стекла автобуса. Первым шагает Гагарин, за ним — Титов. А вокруг люди, и все аплодируют, провожая космонавтов на старт.
Автобус плавно и неторопливо едет к старту. Гагарин и Титов спокойно переговариваются между собой. Веду панораму с Юрия на Германа, поочередно снимаю их крупным планом. Потом — бегущая дорога, водитель автобуса, степь через окна автобуса. Поездка совсем короткая, а снял уже две кассеты. Все норовят оказаться поближе к космонавтам. Это мешает съемкам. Приходится уговаривать товарищей подвинуться, отойти назад, в сторону.
Мы выскакиваем из автобуса первыми. До ракеты — шагов двадцать. В открывшейся передней двери вижу Гагарина. Он осторожно спускается и вразвалочку, словно медвежонок, вставший на задние лапы, шагает к председателю Госкомиссии. Чтобы снять его крупным планом, приходится мне перед ним пятиться. Только бы нога не попала между рельсов. Допятился, чьи-то руки мягко останавливают меня. Значит, налетел на кого-то из начальства. Не останавливая камеры, отхожу немного вбок, но все время держу Юрия в визире. Гагарин отдает рапорт, потом провожающие обнимают поочередно смущенного космонавта. Подбегаю к Королеву:
— Сергей Павлович, мне пора наверх!
— Иди, позже не успеешь.
Хватаю запасную камеру, ручные аккумуляторные подсветки и к лифту.
— Королев разрешил, — строго говорю дежурному.
Пока ползет лифт, снимаю через проплывающие фермы стартовую площадку. С верхней площадки видно все как на ладони. Вон Олег Ивановский берет Юрия под руку, помогает ему подняться по ступенькам к кабине лифта. Быстро меняю точку, чтобы успеть снять выход из лифта и посадку в корабль. Открывается дверь — Гагарин на верхней площадке перед кабиной корабля. Лицо его спокойно. Увидев меня, на мгновение приостановился, улыбнулся, покачал головой, мол, ну и ну, и здесь кино. Махнул мне рукой и пошел к люку. А я занят, камера работает, не могу оторваться от визира, чтобы ответить на приветствие. Ухватившись за верхний обрез люка, Гагарин чуть задержался, а затем скользнул в кресло.
Выключаю камеру и смотрю на счетчик. Использовал пятнадцать метров пленки, значит, с момента остановки лифта до посадки Гагарина в кресло прошло всего около тридцати секунд.
Прижавшись в углу площадки, снимаю еще метров пять. За спинами Ивановского и Востокова еле виден белый гермошлем Гагарина. Пора закрывать люк. Положив свой аппарат на пол площадки, протискиваюсь к Юрию и кричу:
— До встречи! В Москве обязательно увидимся! Позади часовая готовность. Потом тридцатиминутная.
Счет идет на минуты. Соединяем последний разъем кабеля, уложенного через дорогу от выносных камер. Аккуратно укладываем его в шов дороги, опоясывающей котлован старта, и покрываем деревянным щитом. Теперь уходящие машины не повредят его. И скорей на нашу «стартовую» точку.