В день долгожданной встречи они бесцельно слонялись по центру города. Зашли в сувенирный магазин, посмотрели свистульки, матрешек, заколки из бересты. Нейтан снял с крючка голубой кокошник, надел его Кате на голову.
– Очень красиво. Как это называется?
– Кокошник.
– Как… кок…
– Ко-кош-ник.
– Коукошник. Тебе идет. Давай купим.
– Ой, нет, спасибо. Я в таких в детстве находилась, когда танцами занималась.
Пересмотрели все виды матрешек – и традиционные, румяные, синеглазые, с чувственными губами, и нестандартные, с физиономиями из телевизора. Вторые были почему-то все насупленные и злые.
– Кто это? А это кто? – все спрашивал Нейтан. – Подарю моей сестре – она испугается.
Но потом передумал покупать матрешку. Выбрал зажигалку, обернутую берестой с названием города.
– Она будет напоминать мне о тебе, – сказал Нейтан и приобнял Катю за плечи. Продавщица улыбнулась не без хищной зависти.
Дошли до парка. Там ели мороженое, катались на колесе обозрения, кормили пыльных голубей.
– Катя, я давно хотел тебя спросить.
– О чем?
– Скажи, пожалуйста. Ты мечтаешь иметь семью?
– Не знаю, не задумывалась. Но мне всегда хотелось свадебное платье. Белое.
– А я мечтаю о большой семье. Всю свою жизнь. Я уже не надеялся, что она у меня появится, но затем я встретил тебя, понимаешь? Когда умерла моя первая жена…
– А?
– Ирен, моя первая жена.
– Ты был женат?
– Да, конечно. Я разве не рассказывал?
– Да как бы нет.
– Извини. Это был сумасшедший год. Я думал только о тебе.
– Понимаю. Не знала, что ты вдовец. Соболезную.
– Это было давно, шесть лет назад. Мы рано поженились, мне было всего двадцать пять. В общем, когда это случилось, надежды на счастливую семью… Как это… Короче, их не стало. Я познакомился со своей второй женой. Но когда умерла и она…
– В смысле?
– К сожалению, это правда.
– Она тоже?
– Несчастный случай. Такая молодая, ужасно жаль. Мое сердце было разбито. Это было два года назад. Я поэтому и уехал в Россию, чтобы отвлечься, упорядочить мысли. Ни на что не надеялся, не думал вообще о любви, о браке. Но я встретил тебя, Катя. Ты подарила мне надежду на новое счастье.
– Хм.
– Катя?
– Да?
– Я хотел сделать это в правильный момент, например в ресторане. Но сейчас я понял, что не могу больше ждать. – Нейтан улыбнулся широко и немного смущенно и встал на одно колено. – Катя, ты станешь моей женой?
На его ладони уже лежала коробочка с кольцом. Кате трудно было улыбаться в ответ, но она старалась, очень-очень старалась.
5
– Вот она, моя ненаглядная. Пришла! – Мама встала из-за стола, чмокнула Катю в щеку, дохнув салатом и вином, вытерла своей рукой и взяла у нее куртку. – Давай руки мой и садись. Мы горячее еще не ели. Тетя Света холодец принесла. Попробуешь.
– Катенька, ты должна нас поздравить с Днем работников легкой промышленности, – оповестила тетя Света. – У нас с Валентиной Сергеевной профессиональный праздник.
– Да дай ты ребенку разуться сначала.
– А я что, тороплю куда-то? Мы еще не уходим. Оль, ты что будешь пить?
– Да давай коньячку.
– Пойду пока покурю.
– Валька, да кури прям здесь. Я разрешаю.
– Оль, не надо ей здесь курить.
– А что такого? Хоть мужичком попахнет.
– Еще лучше. Оно и так будет пахнуть.
– Девочки, да я на балкон пойду. Не ссорьтесь. Вон Катюху лучше накормите.
– Кать, давай я тебе холодца положу.
– Холодец просто сказка. Тетя Света постаралась.
– С майонезиком. Кушай. Мама нам твои фотографии с выпускного показывала. А я говорю: «Так тут же одни девчонки. Где пацаны-то?» Да, Оль?
– Так их почти и не было на факультете. В Катюхиной группе сначала пять мальчиков учились. Одного после первой сессии отчислили – и сразу в армию. Другой перевелся, получается, на химический. Третий вообще пропал во время физры на улице, так и не нашли, по-моему. Четвертый съел что-то не то в чебуречной, потом заново разговаривать учился.