— Гермиона? — Рон смотрел в её глаза, ожидая решения.
— Гермиона летит со мной, — Малфой подошёл к ней и подал руку.
Рыжий фыркнул, схватил метлу и прыгнул в проход первым.
Драко притянул Гермиону к себе, быстро поцеловал в губы и прошептал:
— Я так скучал по тебе.
Он взял её за руку, и они прыгнули вниз.
Дальше всё пошло по накатанной. Добыв клыки василиска, они встретили Гарри и отправились в Выручай-комнату.
Нейтрализовав Крэбба и Гойла, они вошли внутрь вчетвером.
— Гермиона, не отставай от Уизела и не подпускай его к диадеме, иначе всё плохо кончится, — прошептал ей Драко.
Она удивилась, но кивнула.
Услышав крик Гарри, они побежали на его голос. Рон уже был на месте.
— Так это и есть диадема? — он протянул руку, чтобы взять её и рассмотреть поближе.
— Ступефай, — Драко бросил в него заклятие. — Петрификус Тоталус. Инкарцеро.
Рон лежал связанный и смотрел ничего не понимающими глазами.
— Я так и знал, что ты предатель, — закричал Гарри и наставил на Малфоя палочку. — Круцио!
— Гарри, нет, не трогай его, — Гермиона бросилась на Гарри и попыталась отобрать палочку.
— Не лезь, Гермиона, если он запудрил тебе мозги, это не значит, что и мне тоже. Круцио! — повторил он, и удовлетворение потекло по жилам. Как давно он хотел сделать это, хоть и не отдавал себе в этом отчёт.
— Отпусти его, Гарри, прошу.
Безумный взгляд Поттера по-настоящему пугал.
— Гарри, — Гермиона достала палочку и направила её на Поттера дрожащей рукой. — Прости. Импедимента! — Гарри застыл на месте. — Эверте Статум! — он отлетел на несколько метров, перевернувшись в воздухе.
Гарри пришёл в себя и подскочил на ноги. Драко уже тоже был на ногах.
Гарри бросил взгляд на Рона, поднял палочку, произнося “Фините инкантатем!”, и бросился на Малфоя с кулаками.
Рон очнулся, сначала медленно, потом быстрее начал шевелиться и встал на ноги. Перед ним лежала диадема.
— Ума палата дороже злата, — проговорил он и надел диадему на голову.
— Рон, нет, — Гермиона бросилась к нему.
— Твою мать, — отозвался Драко, — ещё один день коту под хвост.
*
Они подошли к Выручай-комнате, разобравшись с Крэббом и Гойлом.
— Поттер, может, ты один сходишь? — спросил Малфой.
— С чего вдруг? — вскинулся Рон.
— С того, что так будет быстрее и безопаснее. Мы подождём здесь.
— Не знаю, что ты задумал, Малфой, но идея мне не нравится, — Гарри внимательно смотрел в серые глаза, ища подвох.
— Я не знаю, зачем ты ищешь диадему, но она проклята. А Уизел не сможет устоять перед искушением и наденет её на себя. Ты этого хочешь? — голос Драко звучал ровно и уверенно. Он знал, о чем говорит, Гарри это чувствовал.
Воспоминание о медальоне и поведении Рона убедили его, что рисковать не стоит.
— Хорошо, ждите здесь. Гермиона, дай мне, пожалуйста, клык и чашу.
— Я пойду с тобой, — твёрдо сказала она. Гарри задумался на мгновение и согласился.
Едва Гарри и Гермиона исчезли за дверью, Рон подошёл к Малфою.
— Что, змеёныш, решил выставить меня дураком?
— Лучше, чем ты сам, с этим никто не справится, — усмехнулся тот.
— Что ты сделал с Гермионой? Опоил? — Рон крутил в руках свою палочку.
— Не говори глупостей, Амортенция, если бы я и использовал её, не действует годами.
— А я смотрю, ты размышлял об этом.
— Я просто слушал профессоров на уроке, в отличие от тебя.
Драко стоял абсолютно спокойный, не поддаваясь на провокации рыжего, чем страшно бесил того.
— Я не понимаю, что общего может быть у тебя и Гермионы. Ты же… — он скривился.
— Что я же? — Драко усмехнулся. — Смог оценить красивую и умную девушку по достоинству, пока ты обжимался с Браун?
— Ты мерзкий Пожиратель Смерти, мразь, ублюдок, — Рон почти шипел ему в лицо.
— Все сказал? — непроницаемое лицо, поднятая бровь, легкая ухмылка и ледяное спокойствие выводили Рона из себя.
— Ты не достоин и её мизинца, урод.
— Это ей решать, но точно не тебе.
— Я убью тебя, гадёныш.
— Вот это вряд ли, поверь мне.
Рон взмахнул палочкой, направив её на стену, и крикнул:
— Редукто! — обломки и камни полетели в Драко. — Инкарцеро!
— Протего! — Драко успел отразить нападение.
— Петрификус Тоталус!
— Протего!
— Левикорпус!
— Протего!!!
— Что, хорёк, совсем зубы растерял и можешь только Протего выставлять? Иммобулюс!
— Протего!
— Дуро! Ступефай!
— А ты даже невербальные не смог освоить, Ронни!
Тот вспыхнул и стал кидать проклятия невербально. Заклятия летели довольно часто, но Драко уворачивался и защищался.
Дверь отворилась, и в коридоре появилась Гермиона. Вспышка, и она упала.
— Гермиона! — Драко бросился к ней. Ещё одна вспышка, и он упал рядом.
*
Драко сидел на своей кровати мрачный и одинокий. Несколько недель он потратил на то, чтобы проверить варианты развития событий в Выручай-комнате. Всё было плохо. Ни один из вариантов не подходил. Либо погибал сам Драко, либо Рон попадал под проклятье и тоже умирал, либо заклятье попадало в Гермиону. Если не убирать с дороги Крэбба и Гойла, то погибали все, даже Поттер.
Он опустил голову на руки. Что делать?
Драко даже пытался поговорить с портретом Дамблдора, но тот только отвечал про выбор сердца и не помогал.
Малфой встал, подошел к письменному столу и достал пергамент. Он уже не раз составлял схемы и планы самого длинного дня в его жизни. Он просчитывал варианты, анализируя, где и как лучше поступить, и ему всё больше и больше это не нравилось.
Варианты, когда он мирился с Гермионой, были самыми печальными. Пазл из событий никак не складывался. Он думал и думал, словно решая детскую головоломку, и в какой-то момент понял, что выход есть. Драко перепроверил несколько раз и убедился, что нашёл приемлемый вариант, удовлетворявший почти всем критериям. Почти. По его расчётам все оставались живы и здоровы, по крайней мере, они четверо, а Поттер получал и клыки, и диадему.
Он вздохнул. Похоже, этот вариант следует как минимум проверить, где-то в глубине души он был уверен, что это правильный выбор.
*
Драко стоял на Астрономической башне и смотрел вниз. Солнце клонилось к закату, всё было тихо и спокойно. Ничто не говорило о предстоящей Битве, о смертях, о крови и ужасе. Через три часа здесь будет ад, но пока он наслаждался тишиной и покоем.
Сегодня он решил помириться с Гермионой, а завтра прожить день по новому плану. Если он прав, то это будет его последнее первое мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года.
Несколько часов спустя он стоял на том же месте с Гермионой.
— Ты уверен, что нашёл верный вариант? Что, если ты ошибаешься?
— Я не боюсь ошибиться, Гермиона, я боюсь перестать пытаться.
Они стояли обнявшись, каждый думал о своем.
— С нами будет всё в порядке? — обеспокоенно спросила она и посмотрела в любимые серые глаза.
— Обещаю, — он нежно обхватил её лицо руками и легко поцеловал в губы. Потом перешел к щекам, носу, лбу.
— Я так люблю тебя, — прошептал он. — Ты не представляешь, как.
Она прижалась к нему, их губы встретились.
— Я тоже люблю тебя, — шептала она между поцелуями.
— Я сделаю всё, чтобы этот день наконец закончился и закончилась война.
— Пообещай, что ты будешь жить. Что ты не оставишь меня одну.
— Никогда. Я всегда буду рядом, обещаю.
Она прижалась к нему и заплакала.
— Всё будет хорошо. Завтра всё кончится, я очень на это надеюсь.
Он наклонился и поцеловал её, желая передать всю нежность и любовь, которые переполняли его.
========== Глава 7 ==========
Драко проснулся и уставился на зелёный полог над головой. Долгие семь лет учёбы он смотрел на него по утрам. Долгие месяцы, если не годы, он смотрел на него утром первого мая. Сегодня он надеялся, что видит его в последний раз.