— Леди Темпл, — поздоровался он.
Анжелика на миг застыла, как будто ее застали врасплох, потом сделала знак горничной и подошла ближе.
— Приветствую вас, милорд, — отозвалась она.
Он поцеловал ее тонкую ручку в пурпурной перчатке.
— Очень рад видеть вас, — признался он.
— Это взаимно. Как проводите время?
— О! Чудесно. Я, знаете ли, не любитель грустить, — коротко ответил он.
Анжелика улыбнулась.
— Я прекрасно осведомлена об этом.
В ее голосе прозвучал сарказм, который она не сумела скрыть. Она готова была откусить себе язык за неуместную реплику.
— Правда? — усомнился Адриан и прищурился. — Интересно, откуда?
Леди Темпл покраснела.
— Уинтер-Парк находится по соседству с вашим поместьем… — пояснила она.
— Ах, да, конечно. — Видимо, какие-то важные детали из двухдневного кутежа, выветрились из его памяти вместе с алкоголем. — Надеюсь, мы не нарушили ваш покой.
— Нисколько, — с готовностью солгала она.
На самом деле в течение этих двух «веселых» ночей, которые Адриан кутил в своем имении, Анжелика часто просыпалась. Она подходила к окну, смотрела на мерцание огней поместья Наварро, слышала веселый женский смех и размышляла о том, что могло происходить там в этот момент. Мысли были греховны. Ей было стыдно, но она все равно думала.
Анжелика Темпл скептически относилась к повесам, кутилам и распутникам, но Адриан стал исключением из правил. По отношению к его персоне, она чувствовала смесь любопытства и влечения. Эти эпитеты она давно перевела в ранг: погибель и опасность, поэтому отвела взгляд и решила сменить тему.
— Знаете, я хотела бы извиниться за поведение своего жениха в день нашего знакомства. После у нас не было возможности поговорить. Он редко бывает груб.
Наварро усмехнулся.
— Не стоит извинений, дорогая. У Нэйбла были на это причины.
— Неужели? Возможно, по этим же причинам вы даже не подошли ко мне поздороваться на вечере, несколько дней назад, где я видела вас последний раз. А вместо этого сбежали?
— Я бы не назвал это бегством, — ответил он. — Тогда у меня возникли срочные дела. Приношу свои извинения за бестактность и невежливость с моей стороны. На самом деле, я никогда не избегаю женщин, которые мне нравятся.
— О, комплимент от известного повесы? Как мило.
Анжелика уже пожалела о своем неуместном заявлении. Наварро еще подумает, что она ищет с ним встреч или, чего доброго, запишет ее имя в бесконечный список своих поклонниц. Проклятье! Вот, что бывает, когда не следишь за своим языком. Этот сердцеед сразу перешел к флирту. Известный трюк, сообщать каждой знакомой женщине, что она ему не безразлична.
— Скажу больше, своим «отступлением» я сделал вам одолжение, Анжелика. Мне просто не хотелось усложнять вам жизнь. Нэйбл не стал бы спокойно наблюдать за тем, как я уделяю знаки внимания его невесте. Он прямо намекнул мне об этом в день нашего с вами знакомства. Ведь именно за эти намеки вы пытаетесь извиниться, не так ли?
Он назвал ее по имени. С готовностью согласился с ее заявлениями. В отличие от Колина, он не намекал, а говорил прямо.
— Колин Нэйбл вполне уравновешенный тип и вряд ли стал бы препятствовать моему общению с новым другом.
Наварро рассмеялся. Похмелье чудесным образом прошло. Она просто прелесть. Наивная леди Темпл не так поняла его, и он пояснил:
— Дружба не те отношения, которые я хочу, чтобы связывали меня с вами. Вы просто понравились мне, Анжелика, а «уравновешенный» Колин Нэйбл понял это, поэтому и взбесился.
Анжелика прошлась по лицу собеседника высокомерным взором. Этому она научилась у старшей сестры. Прямолинейность этого мужчины разочаровали ее.
— Что ж, тогда я забираю свои извинения обратно, — холодно проговорила она. — Пожелаю вам удачного дня и уйду.
— Не так быстро. У меня будет к вам два вопроса.
Анжелика вздохнула.
— Только два?
Адриан криво усмехнулся.
— На данный момент — да.
— Спрашивайте и возвращайтесь к своим друзьям.
Новарро посмотрел по сторонам, как будто желал убедиться в приватности их беседы.
— Вы верите в любовь с первого взгляда? — спросил он.
Она ожидала услышать все, что угодно, даже непристойность, но только не то, что услышала. Ответ Анжелики прозвучал буднично. По крайней мере, она очень надеялась на это.
— Боюсь, что нет.
— Хорошо. Тогда второй вопрос. Если бы вы были свободны, мне бы представилась возможность поухаживать за вами? — осведомился он.