Моя последняя мысль стала невероятным открытием. Я осознала небольшую и занимательную истину. Ведь более всего неприязни и ненависти у меня было к холоду. Возможно, то, что люди подсознательно ненавидят, чего избегают, становится их погибелью. Я ненавидела холод, и он меня убил. А Женя ненавидел меня.
Тело заколотилось в предсмертной агонии, словно старая стиральная машинка. Меня трусило, трясло. И только крепкие объятия парня удерживали меня. Таково моё последнее ощущением перед тем, как холод сожрал душу.
Туманная реальность
Это самое странное пробуждение в моей жизни. Потому что, во-первых, я проснулась в руках своего заклятого врага. И во-вторых, я ничегошеньки не чувствовала. Ни усталости, ни холода, ни боли.
Я открыла глаза и увидела лицо. Спящее, спокойное и неестественно бледное лицо. И всё вокруг было непривычно белым. Или серым? Я видела верхушки вечнозелёных деревьев, которые были не такими уж зелёными, и небо, которое заволокло тучеобразным туманом. Шёл снег. Он мягко падал на лицо, и на волосы мирно-спящего парня. Одна снежинка легла на его ресницы. Но он даже не вздрогнул.
Я резко согнулась. Руки, державшие меня, слабо упали. О, нет!..
Воспоминания минувшего события ударили по сознанию волной ужаса. Мы же чуть не утонули! И уснули на снегу, мокрые и замёрзшие. Боже, он хоть жив?
Я ещё раз оглядела Женю. Он где-то посеял свою куртку, видимо в реке, на нём рубашка, чёрные брюки и ботинки. Но за тонкой рубашкой не видно, как вздымается грудь при вдохе, я не могла найти ни одной вены на его теле, глаза под веками не шевелились.
– Женя?
Дрожащей рукой я потрепала его за плечо.
– Слышишь? Очнись. Давай же…
Словно сцена из фильма ужасов: он мгновенно открыл глаза и сел прямо напротив меня. Его серый взгляд ничего не выражал.
– Ты жива, – были его слова. И повторял: – Жива… жива…
Его ладонь поднялась и потянулась к моему лицу, но он тут же опустил её, взяв меня за руку.
– Как странно, ты даже не холодная.
Я ощупала себя, зацепилась пальцами за рукав.
– Одежда высохла… – сказала я. – Сколько мы тут пролежали?
– Это неважно, – он поднялся на ноги и огляделся. – Мы всё ещё живы. И нужно скорее добраться до дороги, пока не окоченели.
– Но мы должны были! Я… я чувствовала, как…
Мои глаза расширились от ужаса. Я помнила огонь, поглотивший меня. Я помнила, как моё сердце перестало биться. Я помнила, как исчезло ощущение собственного тела.
Снег продолжал падать. Он скапливался на одежде, на волосах, и на моих руках. Я сжала пальцы. Но на ладони лежал по-прежнему мягкий комок снега, лишь слегка сплюснутый. Он не таял.
В панике я его стряхнула, затряслась вся, чтобы избавиться от этого странного снега. И быстро поднялась на ноги.
– Как ты себя чувствуешь? Не отморозила конечности? – любопытно спросил парень.
Я покачала головой.
– Это может прозвучать странно, но я чувствую себя так прекрасно, как никогда прежде.
– Я тоже…
Мы переглянулись.
– Давай найдём дорогу, – снова предложил Женя.
Я внимательно посмотрела по сторонам. Впереди река, а позади – лес. Исчез мост. Да и пригорок казался более крутым и плотно прилегал к лесу. Как далеко мы проплыли?
– Хорошо, а куда идти?
– Там ведь был мост? – парень пригладил свои волосы, уставившись направо.
– Наверное, нас унесло течением, – предположила я.
– Нет. Когда мы выбрались, он там был. Я вылез только благодаря той яме во льду, в которую упали парни.
А упали они сразу около моста.
– Может, ты ошибся? Померещилось…
Женя резко повернул ко мне голову, хмуро наступив брови. В тот же миг я вспомнила, что мы с ним не только собратья по несчастью. В первую очередь мы враги. Он по-прежнему ненавидит меня. Несмотря на то, что спас…
– Идём, – вякнул он и зашагал в лес.
Притихнув, я потопала за ним.
Я всё время стряхивала с себя снег, потому что он не таял, а лишь ложился на ресницы и на плечи, на кончик носа. И даже пара от дыхания не было. А по ощущениям температура вокруг походила на температуру моего тела – идеальная. Именно такая, чтобы её вовсе не чувствовать. Мне не было ни холодно, ни тепло. Возможно, я просто отморозила себе все конечности и теперь не чувствую ими холод? Я согнула и разогнула пальцы. Работают прекрасно.
Впереди неожиданно возникла преграда, в которую я врезалась — спина Жени. Он недовольно обернулся.
– Что? – пролепетала я и отошла от него. – Почему встал?
– Что-то не так… – он кусал губы, а глаза его растеряно бегали по деревьям, по земле и по мне. Я поёжилась от чего-то и обняла себя за плечи.
– Когда мы провалились время подходило к позднему обеду. В лучшем случае очнуться мы должны были вечером, до утра бы точно не дожили. А сейчас светло… И почему-то совсем не холодно. И ты заметила, что снег не тает?