его отношения с женой, в которой он души не чаял, закончились настоящей катастрофой –
она осталась в Гонконге после разгрома Митрила.
Да, случается и так. Как бы он ни холил и лелеял ее, заносчивую бывшую
супермодель, польстившуюся не на маленького толстячка, а на колечко со знаменитой
итальянской площади ювелиров1
Но все это меркло по сравнению с теми бедствиями, которые могли последовать за
неудачным исходом переговоров с противником.
– Гевин Хантер? – спросил один из противников, не опуская автомата. Запираться
было бессмысленно, и он кивнул. Но люди, устроившие засаду, подходили к своей работе
серьезно и не допускали даже мельчайших погрешностей.
– Имя матери и ваш день рождения.
Выходит, у них имеется и его досье. Его мать умерла двадцать лет назад, и он
вспомнил не сразу – но все же ответил.
– Дебби. Четвертое июня.
– Хорошо. Покажите груз. Откройте своим ключом.
Хантер слегка заколебался – может быть, стоит покочевряжиться, чтобы не
выглядеть подозрительно послушным? Впрочем, нет, не стоит, иначе примут за идиота.
Передумав, он спокойно кивнул и, не опуская рук, двинулся к задней части трейлера под
конвоем двух налетчиков.
1 Площадь в Ватикане, где расположены представительства пяти самых известных ювелирных домов:
MELLERIO dits MELLER, Mauboussin, Dream-Star, Boucheron, Van Cleef & Arpels.
64
Сопротивление? Не смешите. Враги гораздо лучше тренированы, вооружены
автоматическим оружием, не считая трех бронероботов с лямбда драйверами. Насколько
мог судить Хантер, в такой ситуации имели бы наглость вступить в бой только парни из
Западно-тихоокеанской флотилии, со своим упрямым и гениальным командиром.
Возможно, они бы даже не проиграли.
Со вздохом сняв замок с двери фургона, он повернул длинный металлический
рычаг засова. За открытыми дверцами громоздилась плотная стенка картонных коробок.
– Копченая селедка, – пояснил Хантер. – Купили оптом, по дешевке. Если не
протухнет, отвезем через Канаду в Юту…
Не слушая его, налетчик сильно дернул на себя нижнюю коробку, она шлепнулась
на асфальт, лопнула и оттуда посыпались запаянные в полиэтилен селедочные тушки.
Глядя на них с сожалением, Хантер покачал головой:
– Не хватает только пива.
– Стой и молчи.
Вывалились еще несколько коробок, и за вторым рядом обнаружилась
куполообразная металлическая конструкция, по всей видимости, часть какого-то крупного
механизма. Людям, сведущим в военном деле, было нетрудно догадаться, что это такое.
Голова бронеробота третьего поколения.
– Тоже копченая селедка?! – рявкнул налетчик и быстро заговорил в гарнитуру
компактного радиопередатчика:
– Говорит Блю-1. Танго-1 обнаружен. Блю-1 следует протоколу Альфа. Танго-4 под
контролем. Запрашиваю инструкции. – Выслушав ответ, он проговорил: – Блю-1 вас
понял, конец связи.
Окончив сеанс радиосвязи, он подал сигнал – налетчики получили, что хотели и
готовились к отходу. Из-за вершин косматых елок надвинулся тяжелый гул и прямо над
головой, метрах в десяти, проявились два громоздких транспортных вертолета.
Пехотинцы быстро приняли прочный трос с крюком, отцепили трейлер и начали
строповать.
Появился еще один, небольшой вертолет с округлым блистером – старая
французская «Газель». Рубя воздух лопастями, он совершил посадку метрах в тридцати
от дороги. Из кабины вылез крупный мужчина. Сняв с головы радиогарнитуру и бросив ее
обратно, он широкими шагами направился к захваченным грузовикам, отбрасывая ногами
развевающиеся полы длинного серого пальто. Падавшая на его лицо тень не давала
рассмотреть черты его лица, светилась лишь его седая голова и небольшая, тоже белая,
как снег, эспаньолка.
Один из налетчиков подбежал к седому, и, почтительно склонившись,
отрапортовал. Слова, конечно, потерялись в уханьи вертолетных лопастей и реве турбин,
но сомнений не оставалось – это был командир, руководивший операцией.
Проинструктировав подчиненного, седой мужчина подошел и остановился перед
Хантером, глядя сверху вниз. Неудивительно, в нем было почти два метра роста, а ширина
плеч и крепкая фигура говорили о том, что этот мужчина, несмотря на возраст – с виду
ему можно было дать лет пятьдесят – способен на многое.
Знакомое лицо. Хотя встретить его здесь… это был словно страшный сон. Хантер
вытаращил глаза, и пробормотал, заикаясь:
– …Н-не может быть. Вы?..
– В наших делах все может быть, – спокойно ответил Калинин.
– Но ведь…
Хантер был не из слишком впечатлительных людей и, чтобы удивить его,
требовалось постараться. Но теперь он даже не пытался скрыть потрясение. То, что
видели его глаза, вступило в такое чудовищное противоречие с логикой, что это поистине
не укладывалось в голове.
Но глаза не обманывали.
65
Перед ним, в роли командира ударного отряда Амальгам, стоял человек, совсем
недавно командовавший Оперативным отделом Западно-тихоокеанской флотилии
Митрила, то есть десантными частями ТДД, русский по происхождению, майор Андрей
Сергеевич Калинин.
Пройдя мимо пленника, он заглянул внутрь трейлера.
– Да, тот самый образец.
Хантер не смог ничего выдавить в ответ, и Калинин бесстрастно продолжил:
– Бесцельный труд. Достроив его, вы ничего не измените.
Теперь уже Хантер не смог сдержаться, и горячо заговорил:
– Мистер Калинин, не ожидал услышать такие слова от вас. Пусть мы не были
близко знакомы, но все же участвовали в нескольких совместных операциях. Вы всегда
выглядели человеком, заслуживающим доверия, и молодежь с восторгом брала с вас
пример и шла за вами. Да разве одной этой причины недостаточно?!
– Простая переоценка.
– Переоценка? Но ведь погибли ваши товарищи! И теперь вы – среди их убийц.
Неужели эта подлость не заставляет вас хоть немного постыдиться?!
Калинин не повел даже бровью в ответ на обвинение. Лишь холодно бросил в
сторону:
– Начинаем отход.
– Постойте, мистер Калинин! Неужели вы в самом деле?..
Хантер рванулся к нему, но в руке майора, словно по волшебству, возник пистолет.
Не задумавшись ни на мгновение, он выстрелил – просто и привычно. Тупой удар и резкая
боль в животе заставила Хантера качнуться назад.
Зажав рану обеими руками, быстро окрасившимися темной кровью, он упал на
колени. Перед глазами почему-то встали сценки из невеселого детства, драки на грязных
улицах бедных рабочих кварталов Глазго – точно такие же темные капли,
расплывающиеся на мокрой мостовой. В сузившемся поле зрения остались только
ботинки Калинина.
– Человек умирает, когда кровопотеря превышает примерно тридцать процентов, –
в холодном голосе майора не было ни следа эмоций, он словно читал лекцию. Как всегда.
– Ранение такого типа приведет к гибели примерно через тридцать минут, если не оказать
первую помощь. Ближайшая больница находится в шестидесяти трех километрах. Мы
отходим, и вам едва ли стоит надеяться на то, что за это время вас подберет попутная
машина. Кроме того, как бы она не спешила, в срок уложиться не удастся. В моем
вертолете есть комплект для перевязки и противошоковые средства.
Хантер молчал.
– Вопрос. Мистер Хантер, кто были те люди, которые собрали этот бронеробот,
ARX-8? Где они находятся в настоящий момент?
Плевок не долетел до ботинка Калинина, кровавой кляксой расплывшись на
неровном асфальте.
– Жри… дерьмо.
– Вот как, – в голосе Калинина не было ни следа раздражения или разочарования. –
Тогда вам осталось тридцать минут.