Поначалу предполагалось сбросить БР прямо на усадьбу – внезапная атака могла бы
принести успех, если бы не высокая вероятность того, что транспортный самолет будет
сбит зенитными ракетами, которые вполне могли оказаться в распоряжении противника.
То же самое относилось и к десанту с моря – перспектива подобраться незаметно к самой
усадьбе выглядела соблазнительно, если забыть о том, что мощный тепловой выхлоп
газовой турбины современные инфракрасные поисковые системы обнаружили бы
километров с восьми, не меньше.
«Если бы у меня был М9 с атомным реактором».
Конечно, бронеробот третьего поколения, из тех, что использовались в Митриле,
позволил бы действовать более гибко и с большими шансами на успех – но сейчас об этом
можно было только мечтать. В любом случае, если противник обнаружит его
заблаговременно и успеет активировать «Чодары», Соске останется только отказаться от
атаки и быстро уносить ноги. Естественно, неудачная попытка приведет к тому, что враги
будут настороже, а, скорее всего, моментально оставят поместье и переберутся в другое
место.
Шрам на сердце – урок, который преподал ему Курама в Намшаке – еще
кровоточил. Если первая атака не увенчается успехом, все пойдет прахом. Второго шанса
не представится, он сможет только опять проклинать судьбу, бессильно протягивая руки
вслед Канаме, которую снова умчат в неизвестность.
Нет, все может оказаться еще хуже. Действительно ли Канаме сейчас в этом
поместье? Или, еще страшнее – жива ли она до сих пор? А если даже жива – помнит ли,
остался ли он в ее сердце? Что, если с ней случилось то же самое, что с ним в Намшаке –
подернутые дымкой, неясные воспоминания, лицо любимой, расплывающееся и уходящее
все дальше? Долгая разлука горазда на такие проделки. Что, если она нашла утешение в
объятиях того человека? Что, если в ее глазах будет только неприязнь? Что, если она
безжалостно бросит в лицо: «Не ищи меня больше»?
Неподъемная тяжесть легла на грудь, болезненно сжала сердце. Рубец,
оставленный Курамой, снова набух кровью, Сердце стучало неровно, с натугой, готовое
разорваться.
Нет. Так нельзя.
Хватит. Сейчас нельзя думать об этом – с него хватит не выдуманных, а вполне
реальных сложностей.
Нужно действовать последовательно. Просочиться через вражескую сторожевую
сеть, бесшумно приблизиться, насколько только удастся. Если он сможет вложить в этот
бронеробот весь свой боевой опыт и мастерство – он вырвет у безжалостной судьбы шанс
на победу.
– Начинаю движение.
Пробормотав по привычке заученную фразу, Соске повел «Бушнелл» вперед.
79
Ответа не было. Неудивительно – этот бронеробот не был оснащен искусственным
интеллектом.
К глубокому разочарованию Канаме, сетевые функции попавшего ей в руки
ноутбука были совершенно мертвы. Не только не были установлены почтовые программы
и браузеры, но и от сетевой платы осталось только пустое гнездо. Взглянув на дырку,
словно оставшуюся после выпавшего зуба, она с раздражением захлопнула отвинченную
крышку корпуса.
Впрочем, чего она ожидала?
Упрямица, все еще не желающая смириться и работать на Амальгам – кто бы в
здравом уме дал ей средство, с помощью которого она послала бы весточку своим
друзьям? Секретной была не только информация о ее местонахождении, но и важные
данные по новейшим бронероботам, которыми поделился Леонард. Естественно,
информационная безопасность здесь была столь же строгой, как и внешняя охрана.
Попытайся она улизнуть, недремлющие «Аласторы», патрулирующие периметр,
мгновенно настигли бы беглянку.
Разглядывая с террасы крупные экваториальные звезды, сияющие в бархатном
небе, она вспомнила тригонометрию и смогла определить широту. Пятнадцать градусов
сорок минут северной широты. Взглянув на карту мира, она решила, что могла оказаться
на побережье Индонезии, Персидского залива или южной части Мексики. Вероятнее всего
– именно Мексика.
Даже если ей было некуда бежать, она восприняла это знание как маленькую
победу. Не давая угаснуть этому чувству, Канаме принялась искать дальше. Понять бы,
зачем ее привезли и заперли здесь?
Она начала с самого начала, вооружившись терпением, и внимательно ловя самые
незначительные улики. Должно быть какие-то намеки, которые помогут ей спастись.
Должно быть что-то, что она сможет использовать. Нужно просто хорошенько подумать.
Но что делать, если удастся сбежать? Куда податься? Где найти укрытие?
Эта мысль неотступно преследовала ее.
Все верно. У нее больше нет дома, куда она смогла бы вернуться.
Чтобы избавиться от мрачных мыслей, Канаме встала, потянулась, тряхнула
головой и направилась к бассейну. Надев купальник, она с разбегу нырнула. Десяток
кругов – и неуверенность и слабость отступят.
Персонал, обслуживавший поместье, молча удивлялся перемене, произошедшей с
Канаме – она и не собиралась ее скрывать. Что бы с ней ни случилось дальше, ее
поддержит стальной стержень, который она открыла в себе.
Но пришел день, когда в поместье появится тот человек.
Андрей Сергеевич Калинин.
Отряд амальгамовских наемников под его командованием доставил в поместье
бронеробот третьего поколения, судя по всему, принадлежавший Митрилу. Леонард,
осмотрев БР и исследовав электронную и механическую начинку, приказал разобрать и
уничтожить его, насколько поняла Канаме, замершая у окна второго этажа.
Почему Калинин здесь? Неужели он предал своих товарищей и переметнулся к
врагу?! Или он ведет сложную двойную игру?
Канаме не подавала вида, но сердце было готово выскочить из груди, в голове
кружилось множество вопросов. Как назло, в течение нескольких следующих дней ей ни
разу не представилась возможность напрямую поговорить с русским офицером.
Он сразу оказался очень занят, проверяя и налаживая систему безопасности
поместья и оборонительные средства – очевидно, они перешли под его командование.
Канаме издалека наблюдала, как майор уверенно отдает приказы своим новым
80
подчиненным, отчитывает их за допущенные промахи и указывает, как усилить оборону и
устранить слабые места.
Надвигалось нечто угрожающее – она чувствовала безошибочно.
Предчувствие ее не обмануло, превратившись в реальность всего через несколько
дней после того, как появился Калинин.
Ночью разразился шторм.
Стекла в спальне дрожали под шквальными порывами ветра, ливень грохотал по
крыше и ему вторили тяжелые удары волн, заставляющие все поместье ходить ходуном, а
сердце – сжиматься от ощущения приближающейся опасности.
Стук в дверь заставил Канаме оторваться от книги и приподняться на широкой
кровати. В дверях появился Леонард Тестаросса.
– Чего тебе нужно? – недружелюбно спросила Канаме. Обычно такое хмурое
выражение на ее лице вызывало у Леонарда лишь мягкую улыбку. Но не этой ночью.
Остановившись на пороге, он не улыбался и его голос звучал незнакомо и серьезно.
– Мне нужно, чтобы ты оделась. Сегодня… – он взглянул на часы, – …то есть, уже
завтра, мы покидаем это место.
– Почему?
– На то есть несколько причин. Ситуация изменилась.
– Может быть, все же объяснишь, в чем дело?
Леонард промолчал. Он никогда не открывал своих настоящий намерений, и этот
раз не стал исключением. Но теперь в том, как он молча стоял, глубоко и тяжело
задумавшись, чувствовалось что-то необычное.
– Так я и думала, – едко бросила Канаме, усевшись на кровати и скрестив ноги. –