Она удерживается от искушения раздраженно щелкнуть языком.
– Когда у тебя есть паспорт, есть и все остальное. Показываешь его, и готово. Плюс ко всему, это было в Киеве. Понимаешь, о чем я?
Он кивает, уставившись в чашку кофе.
– Ну как, можешь рассказать, что ты о нем знаешь? О моем муже? Пожалуйста.
– Ну… – Расс откидывается на спинку стула и устремляет взгляд в окно. Хозяин приносит Лили тост. Она намазывает его маслом и слушает Расса.
– Как ты знаешь, мы с ним познакомились на работе. Пять лет назад. Четыре с половиной. Где-то так. Мы были в одной команде, не помню точно, по какому вопросу. Не важно. Мне он всегда казался крутым парнем. Немного замкнутым, но что-то в нем было. Поэтому я задался целью с ним подружиться. Я быстро понял – с Карлом надо делать два шага вперед, а потом один назад. Проявлять интерес, но оставлять личное пространство. Если мы ходили в бар, я всегда пережидал неделю-другую, прежде чем звать его снова. А когда мы общались, старался разговаривать на нейтральные темы. Обсуждать футбол, офисные сплетни. Если разговор становился слишком откровенным, я снова переводил его на нейтральные темы, чтобы он не подумал, что я сую нос в чужие дела. Поэтому, как безумно ни звучит, я практически ничего о нем не знал.
Лили кивает. Это звучит вовсе не безумно.
– А его семья? Он когда-нибудь рассказывал тебе про них?
Расс вздыхает.
– Не особенно. То есть я знал – у него есть семья. Мама. Сестра. Отец, кажется, умер.
– Да, – с облегчением подтверждает Лили. Факты совпадают. – Можешь вспомнить их имена? Матери и сестры? Или где они живут?
– Нет, он мне никогда не рассказывал. Говорил просто моя мама. Моя сестра. Значит, ты с ними не знакома?
– Нет. Мы вернулись из свадебного путешествия всего две недели назад. Карл сказал, для семьи времени будет предостаточно, а пока нам следует наслаждаться друг другом. Вот, – она пожимает плечами. Тогда все это звучало очень романтично, а теперь напоминало обычные отговорки. – Но я говорила с ней по телефону, в день свадьбы. Карл принес трубку и сказал: «Моя мама хочет сказать несколько слов». Мы говорили недолго. Минуту, может, меньше. Она была очень мила. (И, как теперь вспоминает Лили, очень неуверенна. Словно хотела поскорее закончить разговор и боялась сказать что-нибудь лишнее.) Я просто переживаю, что не запомнила ее имени.
– В любом случае, скорее всего, ее фамилия не Монроуз. Исходя из того, что фамилия Карла не Монроуз. Так что, даже если бы ты запомнила ее имя, это бы вряд ли помогло.
– Ты прав. Но все же странно, что я не помню. Эта женщина – моя свекровь, я говорила с ней, но не запомнила имени. Такое ощущение… Что все происходило во сне. В каком-то трансе. С тех пор как я его встретила.
– Ну, такое часто говорят о влюбленных людях. Это ведь химическое состояние организма, верно? Туманит разум.
– Наверное. А теперь, без него, мой разум словно очищается. И остаются вопросы, вопросы, сплошные вопросы. Вопросы, которые следовало задать, пока он был рядом.
– Да уж, ретроспективный взгляд – интересная штука.
Лили мрачно улыбается. Она не знает, что такое ретроспективный взгляд.
– Слушай, Расс. Скажи, тебя все это не удивляет? Насчет Карла?
– Конечно, удивляет. Господи. Не каждый день люди пропадают без вести или обнаруживаются фальшивые паспорта. Но все равно – Карл был темной лошадкой.
– Почему ты захотел стать его другом, Расс? При всей его скрытности? Зачем старался подружиться?
Расс аккуратно ставит кофейную чашку на блюдце.
– Хороший вопрос. Джо всегда спрашивает у меня: «Что ты в нем нашел?» Она его не особенно жалует.
Он смеется.
Лили чувствует смертельную обиду и теряет всякое расположение к этой «Джо».
– Но мне кажется, между нами было взаимное уважение. Несмотря на все различия, мы понимали друг друга. Может, дело в том, что я хотел быть немного похожим на него, а он, думаю, – на меня.
Лили представить не может, в чем ее Карл мог хотеть быть похожим на этого безобидного человека, но выдавливает улыбку и говорит:
– Да, я понимаю.
– Думаю, ему хотелось стабильных отношений, как у меня, уютный дом, настоящую семейную жизнь. А мне хотелось немного его свободы, обаяния и привлекательности, – Расс снова смеется.
– Где он жил? – переводит тему Лили. – Пока не встретил меня?
– Понятия не имею, – он с улыбкой качает головой, словно ситуация его забавляет. – Точно не на юге. В конце вечера я иногда предлагал вместе взять такси, но он всегда говорил: «Мне в другую сторону». Но я никогда не уточнял, куда именно, – он умолкает и чешет голову. – Да уж, даже забавно, как много я провел с ним времени и как мало о нем знаю.