Итак, день на нашей планете продолжается 7,3 земного дня. Полный оборот вокруг Солнца она совершает за 1898 земных дней. Но какова же будет продолжительность года у такой планеты X?
1898: 7,3 = 260 дней
Итак, перед нами тот же цолкин… «Случай — это не более чем псевдоним бога, не пожелавшего подписаться полным именем», — заметил Анатоль Франс (1844–1924).
Что касается комбинации столь точных систем, как цолкин и хааб, то здесь не может быть и речи о случайном совпадении. Математика со всей определенностью подтверждает то, что было отлично известно людям, жившим в глубокой древности: некие боги действительно поручили предкам майя хранить знания о планетах и Вселенной. Взаимосоотношение между двумя этими календарными циклами достаточно просто: 73 божественных года соответствуют 52 земным.
Инопланетые учителя, видимо, побывавшие на Земле в глубокой древности, помимо точнейших сведений об орбитах планет Солнечной системы, передали предкам майя подробный перечень всех прежних и будущих солнечных и лунных затмений. Информация об этом содержится в Дрезденском кодексе.
Получается, что пришельцы посредством столь щедрого дара наделили его хранителей, то есть верховных жрецов, поистине громадным могуществом? Быть может, они передали эти знания не верховным жрецам самих майя, а их неведомым предкам? Или они просто прихоти ради внушили простому, примитивному народу ужас перед неотвратимым грядущим природным катаклизмом? Бесчисленные «зачем» и «почему», которые ставит перед нами календарь майя, по-прежнему остаются без ответа, однако ученым ясно одно: необъятное множество позднейших поколений индейцев с суеверным трепетом передавали из рода в род эти таинственные календари, все предсказания которых сбывались с пугающей, неотвратимой точностью…
Пришельцы с далекой звезды были тонкими знатоками человеческой психологии и не ошиблись. Вот уже более века ученые буквально во всех концах света бьются над разгадкой этой тайны, пытаясь во что бы то ни стало разрешить ее. Многим из них опытные дантисты уже не раз вставляли искусственные челюсти вместо зубов, которые бедолаги, широко открыв рот от изумления, обломали в попытке разгрызть гранит науки. Ну, например, что реально имеется в виду под поистине невероятными циклами салабтун (5 760 000 дней) или кинчилтун (1 152 000 000 дней)? Что же касается такого монстра, как алаутун с 23 040 000 000 дней, то его просто невозможно себе представить. По земным меркам времени такой календарь является совершенно немыслимым. Любая правящая династия, сколь бы древней она ни была, проявляя интерес к времени своего правления, просто руки опустила бы перед недостижимым величием цикла алаутун, состоящего из 64 109 589 лет. Он был бы для нее попросту неинтересен, ибо ее владыкам вполне достаточно шкалы времени, охватывающей несколько веков, максимум — тысячелетий. Счет времени по годам и дням был для придворных астрономов совершенно излишен. Что же, остается предположить, что они занимались ими забавы ради или из чистой любви к математике?
Разумеется, нет, ибо мифология майя, как мы уже знаем, посредством ритма календарных циклов описывала деяния богов. Так, например, после 104 земных лет, что составляет ровно 37 960 дней, боги после долгих скитаний в пространстве попадали наконец в «чертог покоя».
Но ради чего они проделывали столь долгий путь? Откуда они появлялись? Быть может, с той же самой загадочной планеты X, которая, как полагают ученые, взорвалась, и на ее месте образовался знаменитый пояс астероидов? А может быть, пресловутый «чертог покоя» служил для них чем-то вроде стоянки, где они припарковывали бесчисленные крошечные планеты — астероиды?
Космическая пустота,
переполненная неведомыми телами
В новогоднюю ночь 1800–1801 гг. Джузеппе Пьяцци (1746–1826), итальянский астроном и монах ордена театинцев, занимавший пост директора обсерватории в Палермо и Неаполе, приступил к регулярным наблюдениям звездного неба с помощью своего телескопа. Преподобный отец трудился над составлением нового звездного каталога. Вскоре его внимание привлек небольшой объект, который он никогда прежде не видел. Так Пьяцци открыл первую небольшую планету — так называемый планетоид Церера. Знаменитому Карлу Фридриху Гауссу (1771–1855), одному из крупнейших математиков и астрономов всех времен и народов, удалось рассчитать орбиты вскоре исчезнувшего планетоида Церера. В период с 1802 по 1807 г. были точно зарегистрированы такие планетоиды, как Паллада, Юнона и Веста. В 1845 г. В. П. Хенке, немецкому астроному-любителю, удалось обнаружить пятый планетоид, точнее, скопление планетоидов. На этот раз их число оказалось настолько громадным, что ученые решили давать номера центральным зонам повышенной концентрации планетоидов. Общее их число в наши дни оценивается примерно в 40 000 объектов.