Глава 15
Поппи не придала никакого значения очередному полёту; четвёртое путешествие самолётом она восприняла уже как привычную рутину. Покидая сухие земли Афганистана, радовалась. Посадку на британскую землю трудно было назвать мягкой; когда самолёт опускался на мокрую взлётную полосу, отчётливо слышались нервные смешки. Их встретил серый моросящий дождик, от которого Мартин пришёл в восторг, он в жизни не видел такой прекрасной погоды. Шествие возглавил полковник Блейкмор, за которым подобострастно семенил Энтони Хелм. Выходя из самолёта, супруги крепко сжимали руки друг друга. Вдали виднелась огромная толпа. Интересно, подумала Поппи, по какому поводу здесь собрались все эти люди? Ей и в голову не пришло, что так встречают их с Мартином.
У взлётной полосы уже ждала машина. Они направлялись в основной блок, в зал, где должна была проходить пресс-конференция. Машина ехала; сквозь окно мигали вспышки камер, люди махали руками, флагами, шарфами, всем, что нашли под рукой. Кто-то плакал, кто-то выкрикивал приветствия. Нарисованные от руки баннеры и постеры гласили: «Добро пожаловать домой!» и «Мартин – наш герой!» Настоящее безумие! Мартин был потрясён, ошеломлён. Он закрыл глаза, но в воздухе пахло Англией. Люди радостно вопили, хлопали в ладоши, повыше поднимали детей, чтобы показать им всё это, размахивали плакатами, словно встречали поп-звёзд, – одним словом, сходили с ума. Ничего себе! Столько народу собралось поприветствовать их, пожелать им счастья. Мартина смущало такое проявление чувств; он хотел благодарить всех и каждого. Все эти люди были просто замечательными. По большей части, здесь собрались члены семей военнослужащих, проводившие на фронт близких людей и с тяжёлым сердцем каждый раз смотревшие, как солдаты возвращаются на родину в гробах. Для этих людей Мартин стал символом надежды, небольшой отсрочкой от нескончаемой скорби; они были благодарны армии за его возвращение.
Машина пробиралась сквозь толпу. Энтони Хелм, казалось, не замечал ни огромной толпы, ни всеобщего ликования; он был расстроен, обеспокоен. Наконец всех высадили у чёрного входа невысокого здания и повели по узкому коридору. Даже персонал Брайз-Нортона сворачивал головы, чтобы посмотреть на проходящих мимо. И они не остались в стороне от фурора, произведённого Термитами. Поппи искала в толпе знакомую охранницу – пусть посмотрит на девушку, которой всё-таки удалось попутешествовать… Дверь в конце коридора была широко распахнута; их повели по ступеням на трибуну.
Мартин, ослепительно прекрасный в свежевыстиранной военной форме, сидел рядом с Поппи; по бокам – Энтони и полковник. Всё равно что свадебный стол, которого у них на свадьбе, кстати сказать, и не было. Перед ними установили, по меньшей мере, восемь микрофонов. Поппи волновалась, но не за себя; она пришла сюда, чтобы поддержать Мартина, своего героя, неожиданно побледневшего. Он сжал под столом её руку. Оба знали, что случится дальше: майор Хелм прочтёт заранее подготовленную речь, а Мартин ответит на вопросы. Что он мог сказать интересного? Он ощущал себя самозванцем. Настоящий герой – Аарон, и Поппи, конечно; это она совершила невозможное, а Мартин тут совсем ни при чём.
Пришлось немного подождать, пока утихнет шум в зале. Маленькая комнатка была битком забита людьми. Кто-то стоял, нескольким счастливцам удалось занять стулья, а некоторые скрючились на корточках у трибуны. Все сжимали в руках микрофоны, мобильники, крошечные диктофоны и смартфоны, кто-то – старомодные блокноты на пружине и ручки.
Прежде чем начать говорить, Энтони одёрнул мундир и манжеты. Поппи обратила внимание, что его голос звучит ещё пафоснее, чем обычно; так он, наверное, говорил по телефону.
– Леди и джентльмены, я хочу поблагодарить вас за то, что вы собрались сегодня здесь, чтобы поприветствовать рядового Мартина Термита, который вернулся домой… – Майор помолчал, ожидая, пока утихнет шум возгласов и аплодисментов. Мартин крепче сжал пальцы жены.
– Вне сомнения, мы безмерно благодарны за интерес и поддержку как гражданских лиц, так и журналистов, и рады заверить вас – Мартин жив и здоров, сегодня он с нами. Мы счастливы сообщить, что после нескольких недель переговоров военному спецназу удалось провести операцию, сделавшую это удивительное спасение возможным…
Майор Хелм был на середине повествования. Восхищённые возгласы раздавались при каждом упоминании имени Мартина, как раз обдумывавшего, какие вопросы ему могут задать, и тут началось настоящее безумие. Будто кто-то перевёл невидимую стрелку.