Смотря, как одиночные зомби собираются на шум. А толпа за забором в какой-то момент затихла. Неужели они действительно "болели" за тех троих? Бред.
Сразу стал отступать через те же подворотни. К счастью, на пути никто не попался. Вышел на ту же улицу, где меня обнаружили. К счастью, она была пуста — у меня появился шанс забрать рюкзак. Он лежал там, где его бросил. Забрав его, направился домой. По пути встретил всего пару зомби. Сражаться с ними было тяжело — я был измотан и почти не мог пользоваться левой рукой, но справился. Другая толпа, которую видел по пути, видимо, собралась на шум.
В темноте, пробираясь по улицам, я всё же добрался до своего убежища. Обессиленный, рухнул на кровать и отключился.
Глава 4 - Тени и Альфы
День 7 — Тени и Альфы
После того приключения, что случилось со мной два дня назад, я решил дать себе передышку. Моя рука требовала восстановления - пальцы все еще дрожали, сжимая кружку с чаем, а на предплечье красовался фиолетовый синяк размером с яблоко. Вчерашний день прошел в туманной полудреме между сменой повязок и тревожными пробуждениями от каждого шороха.
Сегодня, почувствовав себя достаточно окрепшим, я отправился на разведку в сторону тех самых выстрелов, что раздавались позавчера. Надеялся найти либо выживших, либо хотя бы брошенное оружие - оба варианта казались одинаково ценными в этом опустошенном мире.
Перед выходом:
Проглотил две банки холодной тушенки (свинина с гречкой, срок годности истекал через месяц)
Зарядил револьвер, оставив лишь два запасных патрона (глупо, но выбора не было)
Проверил биту - металл помялся после последней схватки
Обнаружил, что трупы у порога начали активно разлагаться. Запах стоял такой, что перехватывало дыхание, а над грудой тел кружили тучи мух, словно черная, шевелящаяся пелена.
"Разберусь с этим позже", — пообещал я себе, понимая, что уже потерял целый день. Шансы найти источник выстрелов таяли с каждым часом.
Дорога оказалась подозрительно спокойной. Лишь пара зомби брели в отдалении, остальные лежали мертвые - кто с проломленным черепом, кто с аккуратными пулевыми отверстиями между глаз. Чем дальше я шел, тем чаще встречались следы недавней бойни:
Гильзы калибра 9 мм (не моего)
Кровавые подтеки, тянущиеся за угол дома
Странно аккуратные груды тел по 3-4 особи
Среди мертвецов ничего полезного не нашлось, хотя копаться в их карманах мне претило.
Через несколько часов пути цель была достигнута. Улица представляла собой жуткое зрелище - настоящую гору трупов, где некуда было ступить, не коснувшись разлагающейся плоти. К счастью, нашёлся обходной путь вдоль разрушенного забора.
Осмотр тел выявил закономерность - большинство зомби имели пулевые отверстия точно в голову. Чёткие, профессиональные выстрелы. Похоже, знание об этом слабом месте распространилось шире, чем казалось. Мысль одновременно обнадёживала и настораживала.
В левую руку переместился револьвер. Стрельба с неудобной руки не отличалась точностью, но для предупредительных выстрелов хватало. Главное - патроны предназначались не для мертвецов, а для возможных живых. Попадание в любую часть тела давало тактическое преимущество.
Осмотр домов вёлся выборочно. Большинство строений не заслуживали внимания - разграбленные и пустые. Но один особняк выделялся на общем фоне. Перед ним возвышалась самая большая груда тел, явно указывая на источник недавней перестрелки.
При ближайшем рассмотрении дом оказался покинутым. Разбитые окна и следы копоти на стенах говорили об ожесточённом бое. Однако внутри царил неожиданный порядок - мебель стояла на местах, вещи лежали аккуратно. Лишь лёгкий слой пыли выдавал отсутствие хозяев.
Тщательный обыск начался с проверки углов - вдруг бывший владелец остался здесь в новом, не совсем живом состоянии. Каждый шорох заставлял напрягаться, пальцы непроизвольно сжимали рукоять биты. В воздухе витал тяжёлый запах пороха, смешанный с едва уловимым ароматом кофе - странная смесь для апокалипсиса.
Запомни: если пол скрипит — это не атмосфера. Это последнее предупреждение.
В кладовой старый пол агонизировал под ногами. Первый скрип — и доски рухнули вниз, утянув за собой правую ногу по самое колено. Левая последовала следом, беспомощно болтая в воздухе. Так и повис — половина тела в подвальной тьме, половина наверху, цепляясь локтями за ненадежные края провала. Зрелище комичное, если бы не одно «но»: обратного пути не было.
Попытки выбраться только ухудшали положение. Каждое движение заставляло доски трещать, острые щепки впивались в бока, оставляя царапины на куртке. Ткань выдержала, но следующая опора могла стать последней.