Ирина была почти ровесницей Дэна. Красивая коренная москвичка с пышной гривой и многообещающими бедрами. Список ее достоинств жестко обрубало обручальное кольцо на правой руке. Ежедневная близость глаза в глаза с умной красивой девушкой пробивала даже толстую кожу Дэна, под которой билось беззащитное сердце. Сам того не подозревая, он был безнадежно болен Ириной. Попытки использовать землячку из бухгалтерии в качестве лекарства были лишь данью повышенному гормональному фону молодости.
Ранний брак часто приводит девушек к ранним разочарованиям и преждевременной мудрости. Ирина, к ее сожалению, помудрела быстро. В душе она была на век старше Дэна, и потому умело скрывала свою симпатию к румяному и простодушно чистому парню.
— Ир, набери кипяточка, пожалуйста, — Дэн протянул ей кружку с гербом своей малой родины. Ирина налила горячей воды из кулера и вернула коллеге.
И тут Дэн заметил, что обручального кольца у Ирины нет. Зато есть тревога и решимость во взгляде. Он не удержался и заглянул в ее душу.
«…хороший же парень. В глаза смотрит прямо, открыто. Что ж отвернулся-то? Покраснел… Ты мой хороший. Такой румяный… И не он простачок, каким хочет казаться, есть глубина, есть, с мозгами все в порядке. И не пьет, как мой… сволочь… бороться бессмысленно, если он сам не хочет. А я тем более. Все, больше не вернусь…»
Дэн в панике выскочил из головы Ирины и тут же поклялся, что больше не позволит себе подглядывать за любимой. Любимой? Похоже, что так…
***
Третий день Дэн тосковал в мыслях генерального директора. Там было скучно как в тюрьме, где из всех развлечений — чтение в виде расшифровок бухгалтерского баланса. Цифры, их комбинации, человеческие расклады, привязанные к цифрам: этому — столько, от этого — столько…
Цифры-люди, люди-цифры. Таков был внутренний мир генерального директора. Ярким пятном на сером арифметическом фоне были размышления о предстоящих в пятницу торгах. Директор договорился о победе, что этот контракт он заберет. Сегодня, в среду, нужно передать аванс, а в пятницу, после подведения итогов, когда его фирма будет признана победителем, остальное. Как обычно, за взятку он станет держателем огромного государственного контракта.
Дэн просто не мог этого знать, но генерального терзал кризис среднего возраста. Сам себе удивлялся, сам себя не узнавал, но, удивляясь, мучился совестью. Совестью! Он и слово такое давно забыл, и ведь никогда такого не было и вот опять…
Ему уже за сорок, двадцать лет он развивал свою фирму, а здоровый, без взяток, бизнес так и не создал. Его жизнь зависит от грабителей. Как они это называют? Обезжиривание. Это они его обезжиривают. А то, что он работает, и все риски на нем, это как?! И ведь чем успешнее его бизнес, тем крепче на ногах стоят преступники, превратившие государство в кормушку. Неужели так будет всегда? Ведь его не заставляют платить мзду, он может участвовать в аукционе как положено — по закону. Да, скорее всего, он проиграет, зато перед собой стыдно не будет. А побороться за победу все равно можно. Решено, так он и сделает!
Дэн невидимкой сидел в кресле в уголке директорского кабинета и размышлял.
Директор-то не безнадежен!
Итак. Пришельцы сказали, что шеф в среду примет решение, которое в пятницу их всех укокошит. По словам Зинки, неправильное решение изменит жизнь директора, сделает отличной от обычного хода вещей, а правильное — сохранит все как есть. Итак, взятки давать — неправильно! Это раз. Если фирма в аукционе не победит, все останется, как было. Это два. Значит… Не дать чиновникам взятку и проиграть аукцион будет дважды правильным решением. Вот оно! Дэн нашел разгадку, теперь он знал, как спасти мир. Он принялся нашептывать директору на ум, что приятно быть честным человеком, что это замечательно — бороться с коррупцией…
Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался первый заместитель директора Георгий Гуталинов. Из всех начальников Дэна он был самым мерзким: черствым и бездушным. Маленького роста, тщедушный, с комплексом Наполеона. Георгий не принимал от сотрудников никаких оправданий:
— Да мне фиолетово, какая у тебя была температура! — обычно орал он, — без отмазок, бинарно: да или нет? Сделал или не сделал? Не сделал — урою, сделал — живи пока…
Такой вот гад влетел в кабинет генерального.
— Ты чего, Жора? — растерялся начальник.
А Жора лишь повел лицом туда-сюда, как будто сканируя кабинет. Да не как будто, а точно — сканируя! Он твердой походкой направился в сторону Дэна, которому показалось, что Гуталинов видит его, сверля хищным взглядом. Дэн не выдержал, вскочил, с силой толкнул кресло в сторону Гуталинова, и, перемахнув через стол совещаний, бросился из кабинета. Зам кинулся за ним. За невидимым!