— Профессор, — поприветствовал астронома премьер-министр, приподняв котелок. — Чем порадуете?
— Прошу вас, господин премьер-министр, — ответил тот с легким валлийским акцентом. — Вы должны это видеть.
Они вошли в ангар. Внутри, под светом мощных ламп, на крюке подъемной тали висел метеорологический зонд, представляющий собой баллон из прорезиненной ткани, сморщенный и потертый. Обрезанные стропы чуть заметно колыхались.
Рядом, на столе, лежал сравнительно небольшой продолговатый предмет, похожий на почтовый ящик. Неспециалисту, каким и являлся гость с Даунинг-стрит, трудно было представить, что это и есть подвесная гондола громадного аэростата.
— Это научный зонд, сэр, — начал рассказывать Спенсер-Джонс. — Был запущен из китайского города Урумчи, в рамках научной программы по исследованию космических лучей в верхних слоях атмосферы. Все астрономически значимые державы запускают такие, но этот вернулся с сюрпризом.
— Каким? — спросил Черчилль.
— Видите ли, сэр, основной прибор регистрировал ионизирующее излучение. Фоновый уровень — один, два импульса в минуту. Выше, в стратосфере — до десяти. Однако этот аппарат зафиксировал всплеск, в тысячу раз превышающий фоновые значения. В течение нескольких секунд. А затем — резкий спад.
Профессор натянул тяжелые, просвинцованные перчатки, покопался в коробке, извлек закопченный цилиндр, похожий на школьный пенал. Премьер-министр шагнул было, чтобы разглядеть непонятную штуковину вблизи, но астроном предостерегающе поднял руку.
— Не подходите, ваше высокопревосходительство. Это и есть тот самый детектор. Мы его извлекли, поставили в свинцовую камеру. Он все еще щелкает. А ведь прошел не один день.
— И что это значит? — спросил Черчилль, держась поодаль.
— Это значит, сэр, — Спенсер-Джонс выдержал драматическую паузу, — что где-то в Азии, примерно в конце октября, произошел атомный взрыв. Точнее, взорвалось устройство, основанное на цепной реакции деления урана или плутония. Проще говоря — атомная бомба.
В ангаре повисла тишина. Слышно было, как ветер гудит в гофрированных стенах, как где-то далеко взлетает истребитель. Премьер-министр Британской империи оглянулся на Генерального директора Секретной разведывательной службы его величества.
— Чья? — спросил Черчилль.
— Место запуска зонда китайский город Урумчи, — ответил вместо главы «Ми-6» королевский астроном. — Направление ветра в те дни было с запада на восток. Радиоактивное облако двигалось в сторону Сибири. — Ученый указал на карту, разложенную на столе. — Примерный эпицентр, по расчетам, находится где-то между Каспийским морем и Монголией. Вероятнее всего — в Казахстане.
— Иными словам, на территории СССР, — констатировал Мензис.
— Да, — кивнул Спенсер-Джонс. — Географически именно на территории Советского Союза.
Премьер-министр молчал. Посмотрел на сморщенную оболочку зонда. Смутная мысль посетила главу британского правительства, когда он смотрел на эту громаду, похожую на ссохшуюся грушу.
— Постойте, — проговорил Черчилль, — но ведь для того, чтобы долететь до Шотландии, ваш зонд должен был миновать территорию Соединенных Штатов. Не могли такую бомбу испытать американцы? Ведь уровень промышленности США намного превосходит советскую.
Глава «Ми-6» вопросительно посмотрел на члена Королевского астрономического общества. Тот решительно потряс седой головой, едва не потеряв пенсне. Положив детектор на стол и сняв неподъемные перчатки, он сказал:
— Нет, сэр. В гондоле зонда был установлен таймер. Замеры производились именно в момент его пролета вдоль советской границы.
— Выходит, бомбу испытали Советы, — пробормотал глава британского правительства.
— По крайней мере, есть основания полагать, что это так, сэр.
— Какова мощность этой предполагаемой бомбы?
— Мы не можем точно определить по этим данным, но порядка несколько килотонн. Возможно, десятков килотонн.
Уинстон Черчилль повернулся к Стюарту Мензису. Тот, отгородившись от королевского астронома спиной, наклонившись к уху премьер-министра, прошептал:
— Все верно, сэр. В письме Канариса говорилось о двадцати килотоннах.
— Помню, — буркнул тот и повернулся к Спенсеру-Джонсу. — Прошу вас, сэр, принять мою искреннюю благодарность и помнить об ответственности за сохранение государственной тайны.
И снова приподняв котелок, глава британского правительства направился к выходу из ангара. Генеральный директор Секретной разведывательной службы его величества, бросив строгий взгляд на королевского астронома, поспешил за боссом.