Убедившись, что охрана не стреляет, мятежники толпой рванул к воротам. В это время прожектора вспыхнули вновь, ослепив размахивающую шанцевым инструментом толпу, и по громкоговорителю раздался голос, говорящий по-немецки:
— Говорит майор государственной безопасности Грибник! Приказываю вернуться в бараки., оставив инструмент на плацу. В противном случае, приказываю открыть огонь!
И в этот момент танки дали залп. Снаряды со свистом пронеслись над голова бунтовщиков. Немецкие солдаты и офицеры по привычки попадали наземь, прикрывая головы руками. Над лагерем расцвели гроздья салюта.
В это время, внедренные в солдатскую среду, сотрудники ООО закричали, что надо возвращаться в бараки, пока русские не открыли огонь на поражение. Фрицы кинулись к своим ими же разгромленным обиталищам
«Санитар» соскользнул с крыши. Венк бросился за ним. В этой суматохе, покуда не охрана не вернулась в лагерь, можно было попытаться ускользнуть. Британский агент выхватил из-за пазухи «Браунинг», но вдруг полковник ловким ударом выбил у него оружие.
— Что вы, черт побери, делаете, Венк?
Глава 18
— Вы рехнулись, Венк? — прошипел Шин, глядя на пистолет, отлетевший в темноту. — Мы должны уходить!
— Нет, — ответил полковник, подбирая оружие «Санитара». — Мы никуда не уходим.
Он схватил британца за воротник немецкого мундира и рывком поставил на ноги.
— Вы обещали мне поддержку, — продолжал бывший полковник вермахта. — Где она?.. Я поверил вам, а вы подставили нас под дула русских танков.
— Это была тактическая необходимость! — начал выкручиваться британский агент, пытаясь вырваться. — Я не могу вам раскрыть все карты, но вас лично должны были спасти!
— Спасти, — усмехнулся Венк. — Вы просто хотели посмотреть, сможем ли мы поднять мятеж. А когда поняли, что провалились, решили бросить нас, но я не хочу умирать за ваши игры…
Шин перестал вырываться.
— Вы не сделаете этого, — сказал он.
— Сделаю, — ответил немец.
Он толкнул британца перед собой, заломил ему руки за спину и поволок к воротам лагеря, туда, где из машин высаживались бойцы внутренних войск НКГБ. Подойдя к коменданту, Венк поставил британца на колени и громко сказал:
— Я полковник Вальтер Венк. Этот человек подбивал нас к мятежу. Он британский шпион.
Офицер крикнул:
— Ко мне! — приказал он.
К нему тут же кинулись красноармейцы, окружили двух людей в немецкой форме, нацелив автоматы. Венк поднял руки. Шин — тоже, при этом он попытался произнести что-то по-немецки, но бывший полковник оборвал его:
— Молчите, мистер Шин. Ваша карта бита.
Через несколько минут их обоих доставили в штабную машину, где уже сидел майор госбезопасности Грибник. Он выслушал краткий доклад коменданта, и внимательно оглядел приведенных к нему людей.
— Полковник Венк, — сказал он, — вы понимаете, что только что произошло?
— Понимаю, — ответил тот на хорошем русском. — Я сдал вам шпиона. И теперь моя жизнь зависит от того, как вы оцените этот жест.
Начальник особого оперативного отдела ОКС покачал головой.
— Прежде всего вы попытались организовать мятеж в лагере для военнопленных, — сказал он, — а уж потом приволокли этого господина.
Бывший полковник вермахта опустил голову.
— Я все расскажу, господин офицер, — пробормотал он. — Этот человек обещал мне свободу, предлагая тайком вывезти из Германии. Я не хочу ни убивать, ни умирать за чужие амбиции.
Грибник жестом приказал увести Шина. Когда британца увели, майор госбезопасности долго молчал, разглядывая деморализованного фашиста, прикидывая, можно ли его использовать против разведки «союзников»?
— Вы готовы сотрудничать с органами советской государственной безопасности? — спросил начальник ООО.
— Да, — ответил Венк.
Грибник кивнул.
— Тогда побеседуем об этом более подробно.
Берлин, штаб Оккупационных сил РККА в Германии. 26 ноября 1941 года.
Я сидел за столом, перебирая донесения. Бунт в лагере № 285 предотвращен, Венк согласился на вербовку, «Санитар» дает показания. Старших и высших офицеров вермахта, этапируют в Людендорфские казармы.
Там, где недавно прятался Геббельс, было решено создатьотдельный фильтрационный лагерь, в котором гитлеровское офицерье можно было изолировать от остальных военнопленных. В дверь постучали. Вошел Трофимов.
— Товарищ Маршал, делегация союзников прибыла, — доложил он, сияя новенькими лейтенантскими погонами.